- Я ушёл из дома, насовсем. Оказалось, что я никому не нужен. Только если маме, но она без меня справится. У неё Серёжка с Алиской есть…
- Идиот, - Люсьен ласково прижал меня к себе, - ты не прав. Но это ты потом поймёшь, сам, а пока, я тебя отговаривать и разубеждать не буду. Всё равно не поможет.
Мы сели в машину Люсьена и он, пристегнувшись, внимательно посмотрел на мою несчастную физиономию:
- Ко мне?
- Нет, - я покачал головой, - поехали в магазин. Мне нужно устроить шопинг.
- Ага, - Люська хихикнул, - а ещё зайти в салон красоты. Женщины именно так со стрессом справляются...
- Люся, - я ласково посмотрел на него, - ещё раз меня бабой назовёшь, прибью. Мне прикид сменить надо. В том, что мне родственнички собрали, я во Францию ехать не могу. Так что, рули до ближайшего магазина одежды…
- И где же у нас ближайший магазин для дюймовочек? - Люсьен хитро сощурился.
- А там же где для таких слонов, как ты…
Он засмеялся, смех у него был заразительный, и я невольно улыбнулся в ответ, хотя на душе скребли кошки. Тяжело рвать отношения с теми, кого любишь.
Глава 10.
Огромное спасибо за отзывы! За то, что читаете! Мне приятно писать для вас.
Люсьен.
Я посмотрел на притихшего Алекса и покачал головой. Юношеский максимализм, весь мир поделен на чёрное и белое и не допускается наличие никаких полутонов. Это было знакомо, сам в подростковом возрасте болел. Я ещё раз покосился на парня, он сидел, прикрыв глаза со страдальческим выражением на бледном личике. Ему скорей всего сейчас кажется, что весь мир ополчился исключительно против него. И я думаю, что с делением на белое и чёрное несколько погорячился, у него сейчас белого цвета нет, только чёрный. Как же… Все предали. Меня невольно передернуло, я мог понять насколько ему больно и плохо. Мог…
- А что ты хотел, Люсьен? Любви большой и чистой? Такой, чтобы на всю жизнь? - я неотрывно смотрел на мужчину, а он, не обращая на меня внимания, собирал свои вещи.
- Егор, но я же ведь люблю тебя, как ты не понимаешь? – дико хочется разрыдаться, но я себе этого не позволил, просто стоял, обхватив себя руками. Плакать нельзя, Егор этого не любит.
- Не находишь, что твоя любовь это исключительно твои проблемы? - он остановился напротив меня и насмешливо посмотрел в мои глаза. – Я тебе ничего не обещал.
- Но… - меня начинает трясти, до сознания, наконец, доходит, что что бы я ни сказал, в этом нет никакого смысла. Он уже всё для себя решил.
- Что но, котёнок? – ласковое прозвище резануло не хуже ножа. - Ты милый мальчик и с тобой было весело. Если хочешь, можем даже трахнуться на прощание.
Он нежно провёл пальцами по моей щеке и губам. От этого прикосновения внутри меня всё сжалось.
- Зачем, Егор? Зачем ты стал со мной встречаться, если я тебе совсем не был нужен? – в моём голосе появились нотки обречённости и безысходности.
- Ну… - он неопределенно махнул рукой, – мне нужны были деньги, а твой отец никогда не был скупым человеком. А уж для счастья единственного сыночка готов всем пожертвовать. Хороший такой бартер… - на его губах заиграла циничная ухмылка, - я делаю счастливым тебя, а он отстёгивает за это деньги.
- И что же изменилось сейчас? Вроде бы разорение нашей семье не грозит? – проговорил всё это с трудом, губы словно деревянные, ещё чуть-чуть и перестанут слушаться.
Деньги… Всегда и всё упирается в деньги. Интересно, а на свете есть любовь как таковая? Хотя, о чём это я? Конечно есть! Потому что есть Женька с Леоном и Родька с Олегом и Тимур, который не отказался от Маши. И мама с папой…
Егор, что-то говорит, но до меня уже плохо доходит, что-то о том, что со мной у него никаких перспектив. О том, что он встретил девушку, которая принесёт ему в качестве приданного миллионы своего папаши. И он бы может и остался, но на мне, к сожалению, жениться нельзя…
«Почему нельзя?» - слабо пытается возражать мой мозг. – « Леон же на Женьке женился…»
Но это только мысли, я не озвучил их вслух. Сил говорить нет. Просто стоял и смотрел, на человека, который был центром моего мироздания. Который клялся мне в вечной любви и которому я верил…
Стоял и смотрел, как за ним закрывается дверь, а затем сполз по стенке и, обхватив колени, уткнулся в них головой. Мозг не выдержал и взорвался головной болью, последнее, что услышал, отчаянный крик мамы:
- Денис, немедленно иди сюда…
Воспоминания были болезненными, тогда мой мир тоже стал чёрным. Наверное, он бы таким и остался, но мне помогли. Папа с мамой и Женька, который вместо медового месяца сидел около моей кровати и травил анекдоты. Не замолкая ни на минуту. Я проваливался в полузабытье, а когда выныривал снова, видел рыжую макушку своего друга и слушал очередную порцию анекдотов. Он не жалел меня и за это я был ему особо благодарен. Жалость унизительна. Я пережил крушение любви и мечты и понял, что никогда никому не смогу причинить такой боли. С любовью нельзя играть…
