— То есть, если Константину всё-таки вздумается летать…
— То будет куда проще, если он займёт место пассажира, а управлять самолётом станет опытный и хорошо обученный лётчик, — продолжил я её мысль, — Не обязательно же Светлейшему князю сидеть на облучке, с вожжами в руках, если он надумает куда-то поехать.
— Учиться он никогда не любил, — подтвердила государыня, радуясь, что встретила понятливого собеседника.
— Да и вряд ли он захочет на несколько месяцев уехать в глушь. За тридевять земель от балов, парадов и дворцовой роскоши. Зато пара сметливых парней, желательно помоложе, у него для обучения наверняка найдётся.
— Уж об этом-то я позабочусь, — кивнула мне Императрица, и напоследок добавила, — Вы же не будете против, если я ваши слова про лён и экономию для армии от себя выскажу, не ссылаясь на вас?
— Не вижу ничего странного в том, что двум умным людям могут придти в голову похожие мысли, — уважительно поклонился я, успев скрыть усмешку.
Когда я вернулся у Лефортово на лихаче, которого пришлось ради визита во дворец нанять на весь день, то был изрядно удивлён скоплением карет и экипажей, которые заполнили узенькую московскую улочку перед особнячком купчихи. Семь штук насчитал, из них лишь две тройки, а остальные аж шестериком запряжены.
Богато московские купцы живут. Такой выезд не каждый граф в Петербурге себе может позволить.
— Это ещё что за сборище? — поинтересовался я у слуги, который вышел меня встречать.
— Важное купечество пожаловало. Вас желают на вечера и обеды пригласить, да дела какие-то обсудить.
— Могли бы и письма прислать.
— Письмо вещь ненадёжная, а тут уж наверняка, если вы согласие дадите, — философски заметил мужик, открывая передо мной тяжёлую входную дверь.
— Добрый день, господа, — поздоровался я с оравой мужиков, увлечённо гоняющих чай.
Вот уж чего у купцов не отнять, так это талант чаепития. Два — три литра за час легко усидеть могут, и зачастую, без малейших последствий для организма.
— Господа, раз уж мы с вами познакомились, то позвольте мне вам моего племянника представить, и вас ему, — поднялся с места Пётр Исаакович, — Глава Рода, князь Ганнибал-Пушкин, Александр Сергеевич.
Я коротко кивнул головой, осматривая многолюдное застолье, и слушая Петра Исааковича, который представлял мне гостей, изредка пользуясь подсказками купчихи.
Дальше мне пришлось принять приглашение на чай, для чего Екатерина Матвеевна уступила мне своё место во главе стола, и улетучилась, сославшись на хозяйственные хлопоты.
Дядя, который теперь сидел рядом со мной, поглядывал на меня испытующе и даже слегка насмешливо. Ещё бы. Любопытно ему было, как это я — дворянин, да ещё с недавних пор и князь, за одним столом с купцами себя поведу.
Хех. Знал бы он, что я именно сейчас как будто в родную среду попал. В ту, где мне все повадки нынешних московских олигархов хорошо знакомы.
— Ваше Сиятельство, а правда, что вы сюда прямо из Кремля прибыли? — не выдержал наконец самый любопытный из них, прервав витиеватые разговоры про погоду и урожай.
— Именно так. Получил приглашение на разговор от Её Величества.
— Не будет с моей стороны нескромностью, если я поинтересуюсь, о чём ваш разговор был? — продолжил всё тот же купец, под одобрительный гул своих коллег.
— Говорили в основном про книги и образование в стране. Я с некоторых пор довольно значительные вклады вношу в фонд Императрицы, который расходуется на воспитательные дома и женское образование, — многозначительно поводил я пальцами в воздухе, — Ну, и про некоторые иные вещи, не касающиеся женских школ.
— Тю-ю… да разве женщины могут… — начал было всё тот же купец, но был прерван многозначительным покашливанием Петра Исааковича, который свирепо сдвинув брови одним взглядом напомнил этому оратору, в чьём доме он находится.
— Так что за дело вас ко мне привело? — поставил я на стол чашку с чаем, сделав вид, что ничего не произошло.
— Так мы это… Переговорные устройства готовы купить. Уж извините, если что не так.
А что у нас не так? Да почти всё!
Закрома у меня полнёхоньки и запасов аурума на дюжину раций хватит.
Вот только не спортивно ни разу кидаться на выполнение заказа. Не оценят и не поймут.
Придётся лицедействовать, делая вид, что оказываю услугу великую, чего и сам от них жду при случае.
Мороз и солнце; день чудесный!
Как для меня, так, вроде, обычный день, а вот наша гостеприимная хозяйка дома грустна и места себе не находит. Сделка, у неё, видите ли, обламывается. А всё из-за того, что ей предлагают недорого отличного качества шармез в количестве аж десяти пудов, а краситель на такую ткань у неё отсутствуют.
— Что это за зверь такой, шармез? — посмотрел я на Ларису, которая искренне сочувствовала Екатерине Матвеевне. — Чем его красят таким особенным, что у купчихи для него краски нет?
