Легко сказать — «дождитесь». А если любопытство съедает? Впрочем, о причинах вызова купчихи к Императорскому Двору гадал не я один. Пётр Исаакович так же, как и я не находил себе места и ходил по гостиной из угла в угол. Чтобы скоротать время, я предложил заняться «добычей красителя», на что дядя с явным облегчением согласился.
— Что Её Величество сказало, — подорвался с тюфяка дядя, стоило только Екатерине Матвеевне заявиться по нашу душу в баню.
— Спрашивала, могу ли я покрасить шелка в пурпурный цвет, но несколько другого оттенка, чем отпускаю сейчас, — уселась на пустую лавку купчиха, расстегнув шубу, и посмотрела на меня. — Как думаешь, Александр Сергеевич, сможем?
— А почему бы и нет? У пурпура множество оттенков. Немного усовершенствую схему перла и получится другой краситель, — отозвался я и начал в уме представлять какие потребуется внести изменения в артефакт, чтобы на выходе получился не мовеин, а нечто другое, пока ещё сам не знаю что.
Кстати, а почему бы не и маджента? Вдовствующая Императрица всем пурпурный шёлк продемонстрировала, а её невестка другой оттенок миру явит. Лишь бы конфликта не возникло, а то ведь и самому под раздачу можно попасть и купчиху за собой утянуть.
— Екатерина Матвеевна, а Императрица не объяснила, для чего ей понадобился шёлк другого оттенка? — решил я уточнить причину возникшего у Императрицы интереса к тканям.
— Я так понимаю, что Елизавета Алексеевна воспылала чувствами к мужу и хочет вернуть его расположение, — почему-то перешла на шёпот хозяйка дома и густо покраснела. — Целый час с ней беседовали о мужчинах. Любит она Императора, оттого и терпела все его выходки. А сейчас вот снова ищет примирения.
— Может тогда и для нижнего белья Её Величеству ткани покрасить? — подала мысль Лариса. — Для блондинки со светлой кожей нежно-розовое неглиже очень кстати будет. Неброско, неагрессивно и в тоже время в меру романтично для взрослой женщины.
— А какая ткань лучше всего подойдёт для нижнего белья? — поинтересовался я у тульпы.
— Шёлковый шифон, — отчего-то густо покраснев, выдавила из себя Лариса. — Но это жуть, как дорого будет.
— Нам чем дороже, тем лучше, — заявил я. — Не абы кому ткань для трусиков красить будем, а самой Императрице.
— Вообще-то женских трусиков еще не существует, — заметила Лариса. — Даже женские панталоны ещё пока не сшивают и завязывают их просто на поясе.
— А для какого же тогда белья мы собрались шифон в персиковый цвет красить? — не понял я подобных интимных подробностей.
— Вы главное ткань покрасьте, а женщины найдут ей применение, — всё ещё смущаясь, заявила тульпа. — Пеньюар, к примеру, Императрице пошьют. Или ту же ночную сорочку.
А что? Память предшественника мне подсказывает, что Императрица в шёлковом пеньюаре цвета мёда или мякоти персика будет очень даже прелестно выглядеть. Вот только почему Лариса смущается, говоря о нижнем белье? Порой девушка выдаёт такое, что переводчики немецкого порно покраснели бы, а тут всего лишь от упоминания женских трусиков и пеньюаров, краснеет, как помидор.
Пришло и мне письмо. Из Лефортовского дворца от Светлейшего князя Константина. Вот уж не ведал не гадал, что он у нас в соседях проживает.
Ни много не мало, а приглашал меня Светлейший «чтобы обсудить вопрос производства самолётов с заинтересованными лицами».
Вот только когда я прибыл во дворец, Светлейшего там не оказалось. Как мне сказали: «отбыл со срочным визитом». Зато меня ждали и проводили в небольшой кабинет, где за столом восседал довольно важный господин, нетерпеливо постукивающий пальцами по столу.
Представились друг другу мы сами, так как меня слуга всего лишь проводил до дверей.
Статский советник Иван Гаврилович Кругликов. Шталмейстер Императорского двора.
Вот тут я чуть ли не заржал, аки те кони, за которых этот тип отвечает.
Это что, какой-то прикол? Мне надо будет разговаривать про самолёты с одним из начальников Императорских конюшен?
— Я думаю, что по молодости лет вы наверно не сведущи, как обстоят дела с закупками за счёт казны некоторых наиважнейших поставок Двора, к которым, без всякого сомнения относится наша служба, — хорошо поставленным начальственным баском начал вещать сладкоречивый чиновник.
— Не сочтите за труд просветить меня в столь важном вопросе, — постарался я скрыть тот сарказм, который вкладывал на самом деле в свой вопрос.
— Ваши летающие лодки безусловно относятся к средствам передвижения, а значит проходят именно по нашему ведомству. Но это средство передвижения новое, никем не проверенное и ни к какому контролю непричастное. Так у нас не бывает. Самим вам с этим делом не справиться, да и не позволит никто такие приобретения без авторитетных испытаний и заключений. Так что, идя вам навстречу, могу предложить организацию товарищества на паях. Мы, со своей стороны подыщем специалистов, из числа доверенных людей, но половиной паёв вам придётся с ними поделиться. Зато и цена ваших изделий после их оценки изрядно поднимется. Не скажу, что прямо в два раза, но если очень постараться, то и в этом вопросе нет ничего невозможного.
