Эстакада постепенно снижалась, и я заезжал в самый дорогой район города. На углу красногвардейской улицы меня ожидал постамат с белой рубашкой и брюками, которые я заказал перед тем, как выехал с Арбата. В корпоратские клубы не пускают кого попало. Надо доказать платежеспособность - это во-первых. И во-вторых, нужно выглядеть соответствующе, показать статус, чтобы не оскорблять тонкий вкус офисного планктона.
На сайте, где я покупал одежду, автоматически выставлены все подходящие мне размеры и покрои. Купил дешевые вещи, но с закосом под дороговизну. Сейчас выпускают хорошие и недорогие синтетические материалы, отличить их внешне от престижных тканей почти нереально. Премиальные товары корпораты знают по логотипам, по брендовым пуговицам и запонкам, по именитости кутюрье и модельеров, но никак не по фасону. Если снять бирки, можно будет сойти за своего.
По пути я увидел несколько полицейских патрулей - стражи закона ревностно охраняли покой уважаемых людей и сохранность их бизнеса. Я припарковался в хорошо освещенной подворотне напротив клуба и вышел из машины на вылизанный до блеска асфальт. Дворники работали здесь круглосуточно. Пока вся Москва тонула в уличном мусоре, небожители Нового Сити наслаждались чистотой и порядком. Само собой, за деньги налогоплательщиков.
Я перешел дорогу по пешеходному переходу, и меня чуть не сбил японский крузак, пролетевший на красный. Хотелось выстрелить ублюдку вслед и снести ему затылок крупнокалиберной пулей. Если бы меня размазало по перекрестку, жене утром прислали бы штраф за нарушение ПДД и свежее судебное решение, по которому она была бы обязана выплатить компенсацию за порчу бампера.
Двери разъехались по сторонам, и я зашел в фойе торгового центра на первом этаже трехсотметровой офисной башни. Здесь было людно - по ночам в таких местах обитала молодежь со всех районов города. Как правило, из не самых богатых. Детям из работящих нищих семей нравилось гулять по престижным магазинам и представлять себя миллионерами, фотографироваться на фоне дорогих вещей и пускать слюни на товары, которые никогда в жизни не будут им по карману.
По навигатору я отыскал постамат, ввел шестизначный код на терминале и забрал пакет с вещами. По указателям я нашел туалет и зашел внутрь. Внутри пахло санитарной химией, плитка, писсуары и зеркала сияли чистотой. В одной из кабинок кто-то громко блевал, а у раковин тусовались малолетки - они разливали воду, громко матерились и били ногами стену. Их гонор резко спал, когда они увидели меня. Переглянувшись и тихо что-то обсудив, они свалили из туалета, и я остался наедине с одиноко блюющим незнакомцем.
Я встал напротив зеркала, набрал воды в ладони и смыл с себя уже подсохшую кровь, вытер грязь из царапин и ссадин, промыл слипшиеся локоны, сполоснул рот. Зубами разорвал прочный полиэтиленовый пакет, достал вещи, выложил их на ровную керамическую поверхность, снял с себя помятые полувоенные штаны и черную футболку, заляпанную кровью и с порванным воротом. Переоделся, накинул коллекторскую куртку и пошел обратно к машине.
***
- Тебя нет в списке гостей, - меня остановил мордоворот у клуба. - Иди гуляй, бичара.
- Проверяй по базе сотрудников “ВСБ”, - ответил я, надеясь на удачу. Меня отстранили, но пока еще не уволили.
Глаза бугая расфокусировались, он вошел в облако и спустя пару секунд поиска кивнул мне.
- Коллектор, значит? Ну проходи, если деньги есть. Только без фокусов, тут отдыхают приличные люди.
Я без лишних слов толкнул плечом дверь, прошел мимо закрытого гардероба до стойки администратора - девушка долго разглядывала мою разбитую физиономию, гадая, можно ли меня пропустить. Белизна моей новой рубашки слегка затуманила ее бдительность, и она все же протянула мне терминал для оплаты входного билета. Я с неохотой провел рукой, и со счета сгорели сто рублей. На них я мог бы купить смесей для дочки на месяц вперед.
У входа в основное помещение свисали красные занавески, под потолком горели мягким синим светом стеклянные трубки, изогнутые в буквы с названием клуба - “B2С”. Похоже, в стекло накачали настоящий дефицитный неон. Да, роскошное место.
Внутри из динамиков разливался эйсид-хаус, популярная в этом сезоне электронщина. За пультом диджея стоял дуэт в зеркальных шлемах, отражающих блики светового шоу.
Я снял обручальное кольцо и спрятал его в карман. Раздвинул занавеси и вошел внутрь. Пройдя вдоль блестящего танцпола, я сел за барную стойку и подозвал бармена. Он потряс шейкер, снял крышку и разлил по бокалам тощих пиджаков рядом со мной напиток. Потом наконец-то подошел ко мне. Я сразу же спросил:
- Приятель, я ищу девушку, - я говорил спокойно, даже не пытаясь перекричать музыку. Бармен в таком месте просто обязан иметь хороший слуховой имплант. - Блондинка, вчера тут была.
- Прости, кхм, “приятель”, - он постучал себя пальцем по запястью. - Не слышу ничего.
