– Да какие… Никакие! Когда он просил машину эту на себя оформить, то лебезил передо мной. А потом вообще знаться перестал, – с обидой в голосе сказал Валерий. – Конечно! Он же кум королю, министру брат! Зазнался совсем. Ведь он же получил что хотел и плюнул на меня. А ведь я просил его и мне помочь, а как же? Я сам не смог завязать с пьянкой, а он мог бы пристроить лечиться. Но Колька решил деньгами от меня откупиться. Переводил мне каждый месяц по нескольку тысяч, вроде как благодарность за то, что я машину на себя оформил. Так ведь я же пропивал их все! А потом я уже и сам отказался брать у него деньги те. Не нужны они мне, так и сказал. Ну, Колька и совсем бросил меня, перестал приходить…
Валерий махнул рукой.
Когда Валерий Пустельников вышел из кабинета, мы начали обсуждать, как добраться до Николая Пустельникова.
– В принципе можно попробовать проследить за ним, послушать, с кем он встречается и что говорит… – задумчиво произнес Кирьянов.
– Но у нас нет времени, Володь, совсем нет! – воскликнула я. – Необходимо что-то предпринять. Причем как можно быстрее.
– Владимир Сергеевич, вообще-то нам известно местоположение этой машины, – подал голос Кирилл. – Когда мы проверяли документы на «Рено», то инспектор проследил по интерактивной карте города, где находится автомобиль. Его движение можно отследить…
У меня мелькнула одна мысль.
– У меня возникла идея! Поскольку времени на то, чтобы установить слежку за Николаем Пустельниковым по городу, нет, то я предлагаю…
…Время тянулось мучительно долго. Но вот в кабинете раздался телефонный звонок.
Владимир поднял трубку:
– Кирьянов слушает… да… что? Все сделали, как и обговаривали? Да? Прям вот так?
Кирьянов еще какое-то время поговорил, выясняя подробности, а затем завершил разговор:
– Ну, ждем… Тань, все получилось, твоя задумка сработала, сейчас его слушают, – сказал Владимир, нажав на отбой.
– А что они говорят? Как все прошло? – спросила я.
– Ну, если коротко, то поймали ребята этого Николая Пустельникова, когда он собирался помыть «Рено». Почти у самой автомойки. Как и договаривались, его вежливо попросили предъявить документы на машину и права. Николай поначалу послушно исполнил просьбу, но потом начал нервничать.
– Это в какой же момент? – спросила я.
– Ну, когда дэпээсник начал неторопливо осматривать «Рено», а потом велел Николаю Пустельникову выйти из машины. Мы ведь так все и планировали, помнишь? Потянуть время, довести Пустельникова до нужной кондиции, то есть до точки кипения. Николай начал права качать, типа, чего они до него докапываются, ведь и документы оформлены как полагается, и страховка имеется. Ну, тут ему и заявляют, что «Рено» объявлен в розыск, потому как предполагается, что машина попала в аварию. Ну и, как ты, Тань, предположила, этот Николай Пустельников вышел из себя и полез в драку. Вот в этот благоприятный момент его скрутили под предлогом оказания сопротивления стражам правопорядка на дорогах и прикрепили «жучок» на воротник рубашки. Сейчас Кирилл приедет, и будем слушать.
– А если Пустельников свяжется с кем-нибудь важным раньше, чем приедет Кирилл? – спросила я.
– Так все же записывается, Тань. В случае чего прослушаем, не переживай, – успокоил Владимир.
В этот момент в кабинет вошел Кирилл.
– Ну, что там, Кирилл? – спросил Владимир.
– Порядок, Владимир Сергеевич. Все записывается, – ответил стажер и прикоснулся к штекеру в своем правом ухе.
– С кем он разговаривал? Что-то стоящее? – спросил Кирьянов.
– Пока нет, ничего такого, что бы заслуживало внимания. Сначала он вызывал такси…
– Куда поехал? Адрес известен? – перебивая стажера, спросил Владимир.
– Да. Поехал в Поливановку. Ну, я сразу сообщил местному участковому, и там все организовали.
– А куда машину Николая Пустельникова определили? – спросила я.
– А, «Рено» этот. На штрафстоянку ее определили. Все оформили официально. Да и поставили ее в бокс так, чтобы не очень заметная была, – ответил Кирилл.
– Необходимо самым тщательным образом осмотреть машину, все проверить. И на предмет посторонних вещей – вдруг Елизавета там выронила что-то, – и отпечатки тоже, – сказала я.
– Обязательно проверим, Татьяна Александровна, – пообещал стажер. – Да, я вот тут подумал, что этот Пустельников ведь не просто так в Поливановку подался. Скорее всего, Николай, когда еще оформляли протокол, успел кому-то позвонить и договориться о том, что нужно встретиться. Будет просить помощи, я так думаю. Вот поэтому он, наверное, и…
Тут Кирилл поднял левую ладонь, а правой – показал на штекер.
– Сейчас Николай сказал кому-то, что уже прибыл на то место, где они договорились встретиться, – прокомментировал стажер разговор.
– А где все это происходит? На улице или в помещении? – спросила я.
– Скорее всего, в помещении… да. Слышу голоса… кто-то заказывает шницель. В кафе он, точно. Или в бистро.
– А может быть, во «Вкусно – и точка»? Или в «Ростикс»?
– Да какая, Тань, разница? В забегаловке он. Слушай, Кирилл, а нельзя ли переключить, чтобы и мы слышали? – спросил Владимир.
– Да, конечно, Владимир Сергеевич, я сейчас…
