Я выскальзываю из нее, мой член мгновенно начинает скучать по ее теплу. Она падает вперед на живот, и я устраиваюсь рядом с ней, снимаю полный презерватив и бросаю его в направлении мусора. Уверен, что не попал в ведро, но у меня нет сил, чтобы волноваться об этом. Я обнял ее за талию, притянув к себе, рука легла ей на задницу. Я сжал ее.
Она стонет.
Я улыбаюсь.
И засыпаю, прежде чем осознаю это.
Я просыпаюсь рано утром, снова внутри нее. Должно быть, она взяла на себя ответственность за использование моего утреннего стояка. Мы лежим на боку, ее задница втирается в меня. Я сразу чувствую, что на мне нет презерватива, но сейчас это не может остановить меня.
Она понимает, что я наконец проснулся, потому что она начинает двигаться быстрее, вжимаясь задницей в меня. Она чувствует себя так естественно обнаженной - такой влажной и теплой, слишком поздно теперь беспокоиться о последствиях.
Я подталкиваю ее на колени, разворачивая спиной к себе, наблюдаю за ее круглой задницей, когда она трахает меня, загипнотизированный своим толстым членом, входящим и выходящим из ее плотной дыры.
Я облизнул большой палец, смачивая его и без предупреждения надавил на ее тугую дырочку сзади. Это сводит ее с ума, она трахает меня быстро и сильно, доит мой член, пока он не выстреливает в нее, и она кончает через несколько секунд, откидываясь на меня.
- Я принимаю противозачаточные, - говорит она, отвечая на вопрос, который крутился у меня на языке.
Я глажу ее по животику, мне нравится чувствовать ее тяжесть на себе. Я беру ее сиськи и сжимаю соски между пальцами.
- Мне нужно помыться, - говорит она и пытается уйти.
Я откидываю ее от себя и толкаю обратно на матрац, раздвигая ноги.
- Хочу увидеть, как я кончил внутрь тебя.
Она кусает губу, эту чертову губу, которая заставляет меня хотеть трахнуть ее в рот. Она раздвигает бедра, и я вижу, как белая слизь капает из ее отверстия.
- Черт, хорошо выглядит, - я всовываю в нее пальцы, вожу там, размазывая сперму отпускаю ее, теперь она может помыться.
Она застенчиво идет к туалетной комнате, вышла она оттуда через несколько минут и выглядела немного менее траханной, хотя она все еще полностью обнажена. Она идет к одежде и одевается.
- Выезд в 11:00, - говорит она.
- Я скоро выйду, - говорю я.
- Ладно.
И она, черт возьми, уходит - точно так же, как любая хорошая шлюха, она ушла, пока между нами не появилась неловкость.
Черт, я буду скучать по ней.
Я хочу вернуться спать, но не позволяю себе этого, мне нужно вернуться на дорогу. Вместо этого я принимаю душ. Я переодеваюсь в новые джинсы и новую майку, обуваюсь и быстро осматриваю комнату, убедившись, что ничего не забыл.
Я бросаю ключ в офисе, где сейчас сидит старик, я рад, что его тут не было, когда я приехал вчера вечером, было бы не так весело, если бы он был. Он спрашивает меня о моем пребывании, и я говорю ему, что все хорошо.
Я возвращаюсь на дорогу, останавливаясь в кафе, чтобы взять большую чашку кофе в дорогу и продержаться до магазина с едой. Я намеревался остановиться еще только раз, чтобы купить еды в дорогу.
Я увидел огни города, как только спустилась ночь. Знакомое свечение моего родного города вызывает воспоминания, которые я забыл.
Я набираю номер адвоката и даю г-ну Джеймсу знать, что я приехал. Он говорит мне ехать к нему, он будет на месте, в своем кабинете.
Так я и делаю, подъезжаю к знакомому зданию, которое сильно изменилось, но каким-то образом оставалось прежним, облицованный деревенским красным кирпичом фасад, теперь покрытый белой моющейся краской, придающей ему обновленный вид в этом шероховатом городе. Сейчас онo отлично сюда вписывается. Вход украшала яркая вывеска.
Он заставил меня сесть перед тем, как начать.
- Мистер Райдек, еще раз, очень сожалею о вашей потере.
- Все в порядке, я в порядке, давайте продолжим. Я проделал долгий путь и просто хочу добраться до дома моего родителя и поселиться на ночь.
Его выражение лица говорило, что я был слишком глуп, поэтому я пытаюсь его успокоить. Он также потерял хорошего друга – как он говорит.
- Я просто собираюсь прочитать его последние пожелания. И вы можете идти.
- Отлично, - сказал я, устраиваясь в кресле, я думаю, что это займет немного времени.
- В принципе, ваш отец оставил вам все, дом и все его содержимое. Автомобильный аукцион – он бы, действительно, хотел, чтобы вы продолжили им управлять. Он говорит, что не хотел бы, чтоб вы его продали, а использовали деньги для чего-то полезного, не просто выбросили их на ветер.
Я закатил глаза, отец был весь в этом. Он всегда так беспокоился о том, куда идут мои деньги. Что смешно - я никогда не давал ему оснований думать, что я легкомысленный. Я владею своим домом сам, и мои кредиты в колледже никогда не были просрочены. Я никогда не просил ни копейки.
Но он рос в семье, которую несколько раз грабил отец-алкоголик, поэтому я позволял ему беспокоиться, зная, что он хочет, как лучше.
- Это все? - спрашиваю я, пытаясь скрыть свое раздражение.
- Он оставил большую сумму денег от полиса страхования жизни. $250 000. Они ваши.