Деньги - это хорошо. Хотя я уверен, что моя жадная мать будет думать, что я должен что-то сделать для нее.
- Он оставил что-то моей матери?
- Он оставил вас бенефициаром.
Ну, это дает ей еще больше оснований ненавидеть меня. Она никогда не нравилась моему отцу, даже в детстве, я видел, что он не влюблен в нее – ее претензии и жалобы по любому поводу, сводили его с ума, еще до того, как я уехал.
Ее непрестанное ворчание отдалило нас обоих от нее. Только он не бросил ее по каким-то причинам, по его мнению, жизнь без нее была хуже. Теперь он умер, так и не пожив без нее и мне было грустно, что он ее не бросил. Это именно так плохо, как кажется, и это самая честная мысль, которая когда-либо приходила мне в голову.
- Отлично, - говорю я, и даже я слышу, что это звучит, как плохая идея.
- Он восстановил три старинных автомобиля, их документы будут переданы вам, и содержимое сейфа, которое он держал в банке здесь, в городе.
Я знаю, о чем он говорит - это единственный банк в городе, и только с ним жители имели дело.
- Что там? - спросил я.
- Содержимое не помечено - я понятия не имею, – он протягивает мне ключ вместе с бумагой, которую он читал мне.
Я посмотрел на нее и понял, что он ничего не пропустил.
- Значит, все?
- Да. Спасибо, что так быстро приехали. Я знаю, что вам тяжело. Ваш отец был великим человеком. Я уверен, что вы это знаете.
- Совершенно верно. Спасибо, что задержались поздно вечером. Я ценю ваше время.
- Без проблем, было приятно встретиться с вами, у вашего отца были только добрые слова, когда он говорил о вас.
- Я уверен, что это правда, он никогда не говорил плохого ни о ком. Еще раз спасибо.
Я убрал бумагу в задний карман и ушел, прежде чем он смог остановить меня своими "воспоминаниями о добрых старых временах".
Сегодня слишком поздно идти в банк, это уже завтра. Я направился в сторону своего старого дома. То, что я думал никогда не сделаю снова, если, конечно, мой отец не умрет... но только тогда.
Я удивлен, что в доме было темно, когда я подъехал, моя мать всегда ложилась рано, но я предполагал, что она будет ждать меня. Я не звоню в колокольчик, ключ, я знаю, под фальшивым камнем в цветнике у двери, поэтому я просто вхожу.
Все выглядит, как всегда, как оформила моя пьяная мать, ничто ни с чем не сочетается. Мне никогда не нравилось это место. У дома большой потенциал, это старомодный дом, длинный и кирпичный, с большим внутренним двором, окружавшим дом - побеленный и красивый дом, но внутренняя обстановка противоречит внешнему виду.
Поскольку дом сейчас мой, я быстро подумал о том, чтобы распотрошить все это и начать заново. Я мог бы превратить это место во что-то прекрасное. Но у меня еще есть моя чертова мать. Куда, черт возьми, ее деть? Я не знаю, что мог сделать отец, чтобы убедиться, что с ней все будет в порядке, без него, и меня не очень-то это заботит, главное, чтоб это не касалось меня. Может и ужасно, так говорить о женщине, которая дала мне жизнь, но я могу заверить вас, если бы она была вашей матерью, у вас были бы те же мысли. Это просто бахнутая баба, с которой я рос.
Я осмотрел остальную часть нижнего этажа, прежде чем отправиться в свою старую комнату, никаких признаков моей матери. Я прошел мимо их спальни, но дверь закрыта, и я действительно не думаю, что готов ее увидеть, поэтому я не открываю дверь. Я ловлю себя на том, что я в самом деле иду на цыпочках мимо двери. Я действительно еще боюсь ее.
Я тихо закрываю дверь и включаю свет, бросая сумку на кровать, я осматриваюсь. Все выглядит так, как я оставил в последний раз. Кажется, мне снова 16, это последний раз, когда я что-то менял в своей комнате. Фотографии полуголых женщин, которые я натаскал сюда и развесил на стенах, рядом с другими трофеями, которые у меня были.
Я всегда занимался спортом, рано узнал, что девочки всегда любили мальчиков, которые играют. А я хотел девушек. Мне нравилось играть, не поймите меня неправильно, но стимулы были лучше, чем сам спорт. Я был хорош во многом, к чему прилагал усилия, спорт давался мне легко, и девочки стали доставаться мне еще проще.
Я включил телевизор, только для фона и написал Кэмми смс. Не получив ответа, я позвонил ей.
- Кэм... где ты, черт возьми? Можно не клевать мне мозг, хотя бы сейчас, когда мой гребаный папа только что умер. Что, черт возьми, то, чем ты занята, это более важно?
Я оставляю эти слова в виде сообщения на ее голосовой почте и бросаю телефон на кровать.
Потом я разделся и скользнул под одеяло. Мои родители всегда держали термостат слишком холодным в этом доме.
Я быстро уснул, мне так и не удалось выспаться, со всем тем, что на меня свалилось.
Проснулся я рано, было еще темно, но птицы объяснили мне, что это утро, меня уже много лет не будили звуки природы. А это действительно приятно. Я, наконец, выспался, я чувствовал это каждой клеткой. Усталость ушла, и мой мозг смог сосредоточиться, несмотря на грезы о том, что я еще подросток и живу дома, в те времена, которые я стараюсь не вспоминать, времена, когда моя мать была не матерью, а дьяволом.