И сказал двум ребятам схватить меня, те подошли, как охранники, крепко взяли меня за запястья. Я подумала, что Громов никогда бы не прикоснулся ко мне сам.
— Джо! Если ты сейчас же не вернешься, — кричал он. — Мы будем окунать ее в воду! И Джо! Заметь! Скорость будет увеличиваться!
Командовать Громов умел, мальчики окунули меня один раз, но я взглянула на них недовольно, они ослабили хватку и больше топить не решались. Гера поплыл меня «спасать», Громов ему навстречу. Встретились где-то посредине и так долго выясняли отношения, что забыли об игре. Мальчики, державшие меня за руки, почувствовали неловкость. Стоило сделать лишь малое усилие освободиться, и они тут же отошли от меня, будто испугавшись.
— Значит, ты целовалась? — спросила я вечером Галю, собираясь на концерт. — Ну, и как? Приятно?
Она пожала плечами:
— Непривычно.
— Что значит, непривычно?
— Мокро.
— И всё?
Я догадывалась, что после дискотеки так или иначе с Герой будем целоваться. Но сначала отряд шел на концерт, и мне хотелось одеться очень, очень, очень красиво. Спустилась с крыльца, Гера ждал, взглянул и… обалдел. Потерялся, засомневался. А имеет ли право вообще ко мне подходить? Это польстило.
Концерт проходил в городке, вне лагеря, мы ожидали начала, Гера стоял сзади меня на ступеньку выше, обнимал двумя руками, а весь отряд старался на нас не смотреть.
В зал Гера провел меня галантно, опустил кресло. Я чувствовала себя Королевой между ним и Ромой. Сзади нас уселись Громов, Никита и Грин, остальной отряд — через несколько рядов. Обернувшись поискать Галю, я столкнулась с взглядом Громова. Он нагло смотрел прямо мне в глаза.
Что, Громов, осмелел что ли? Ответила ему тем же, нашла Галю и отвернулась. Гера с Ромой должны были уйти пораньше.
Возвращаясь с концерта с Галей, я оторопела, когда подбежала Маша и выпалила, широко улыбаясь:
— Вы с Джо мне очень нравитесь!
— Да? — я вскинула брови. — Я очень рада…
— Вы подходите друг к другу. Такая красивая пара!
От счастья меня заклинило. Красивая пара!!! Это надо же!
— Ты только скажи ему, чтобы рубашку весил на спинку кровати! А то мятая больно.
— Хорошо, — я чуть не провалилась со стыда, но поняла, что Гере этого никогда не скажу.
На дискотеке он выходил на каждый медленный танец, приглашал меня. Настоящая идиллия!
— Подождешь меня? — сказал он во время последнего танца, я кивнула головой.
Мне нравилось его ждать. Стоять у перил и знать спокойно и точно, что он вернется. Гера сбежал по ступеням, подошел ко мне, легко взял за руку и повел на залив. Сердце застучало сильнее. Я посмотрела на небо: ПОЛНОЛУНИЕ.
Шабаш ведьм.
— А почему вы заканчиваете дискотеку «Титаником»? — осторожно спросила Геру, когда мы остановились в темноте за корпусом.
Потому что романтично?
— Так… — Гера ответил с такой интонацией, будто вся романтика — бред полный.
Ага, потому что нам, безмозглым девочкам, это нравится! Закончила его мысль и вскипела. Гера все испортил.
Сейчас я тебе такую романтику устрою, всю жизнь помнить будешь…
Рассмеялась, вырвалась из его объятий, побежала вперед и оглянулась через плечо. Луна ярко освещала залив.
«Когда луна станет полной…» — вспомнила и усмехнулась.
— Куда ты? — весело спросил Гера, поспевая за мной, он не почувствовал, что сделал мне больно.
Снова засмеялась. Когда-то мечтала, что Саша приедет ко мне, мы будем гулять по поселку между старыми домами, я буду вести его куда-то, а он не будет знать, не будет ориентироваться, и вот так же я рассмеюсь и оглянусь через плечо.
Я протиснулась между прутьями ограждения, перешагнула через камни и остановилась на бетонной плите у воды.
— Когда это ты здесь была? — удивленно спросил Гера, следуя за мной.
Мечта воплощалась в жизнь. Смешно…. Видимо, мечты всегда воплощаются, правда, не с теми, о ком мечтаешь.
Гера обнял меня за плечи, стало приятно, злость прошла. Мы смотрели куда-то на линию горизонта, где загорался и гас маяк.
Как же мы поцелуемся? Наверное, здесь не очень удобно: плиты, камни. Я вернулась за ограждение, прошла дальше по берегу, оказалось, что здесь много спусков к воде. Подошла к одному из них. Ступеньки. Села на корточки, чтобы посмотреть на воду, но свет от луны сюда практически не доходил. Вода была темной.
Гера тоже присел, снова обхватил меня руками и прижал к себе.
Сейчас он меня поцелует… Я испугалась и вжалась лбом в его плечо.
Гера позвал меня по имени, но его голос сорвался в конце.
— Что? — спросила я, будто ничего не поняла.
Он не ответил.
Ветер становился сильнее. Я поднялась со ступенек, холодный поток охватывал все мое тело и почти срывал рубашку с Геры, заставляя ее громко трепетать. Гера снова обнял меня, а я опять опустилась на корточки, будто упала, Гера, не отрываясь, последовал за мной. Показалось, что так уже происходило раньше, я падала, а кто-то, обнимая, падал вместе со мной, хотя этого никогда не было.
— Почему ты отворачиваешься? — прошептал Гера на выдохе, но его интонация передала совсем иное.
Ты же… любишь меня!
Мне захотелось спрятаться, скрыться от Геры, от того, КАК звучит его голос.
Разве можно НАСТОЛЬКО? Разве можно так СИЛЬНО?
