Также, тяжело дыша, он обошел машину, открыл задние двери. Камера вновь опустилась, а поднялась только тогда, когда он закрылся внутри.
— Мама! — взволнованно шепнул я, едва на экране появилась моя мать.
Вместо того, чтобы испугаться я жутко разозлился. Мама сидела прикованная к креслу, очень похожему на стоматологическое. Ее руки были привязаны к подлокотникам. Ноги связаны. Она без сознания.
Отправьте меня туда прямо сейчас, и я найду способ урыть этого психа. Вот только записи уже несколько недель. Теперь мне ничего не остается, кроме как просто смотреть.
— Сколько лет я ждал, чтобы отомстить тебе… — проговорил неудавшийся блогер хриплым голосом. — А я говорил… Говорил тебе, что вернусь и отомщу. Теперь смотри…
Он поставил видеозаписывающий агрегат, видимо, на сидушку у самого выхода из «буханки» и подошел к матери. Развернулся. Теперь я увидел его. Почти в полный рост. Человека в халате и с белой медицинской маской на лице. На маске нарисована улыбка. Похоже, красная губная помада и синий маркер. Жуткий оскал.
— Что это за урод? — поморщился я.
— Это…Санитар?
— Чего? — я поставил на паузу, повернулся к Серому и посмотрел на него с таким лицом, как будто меня сейчас стошнит.
Я точно знал, что после этой встречи моя мать осталась жива и только это позволяло мне с холодной головой погрузиться в ситуацию. Было важно узнать сразу что это за чучело.
— Я слышал про него, — ответил Серый и его передернуло. — В одной из страшных историй брата. Я думал это все выдумка… Что ему нужно от твоей мамы?
— Сейчас и узнаем, — я нажал на «PLAY» и пленка внутри видеомагнитофона снова начала крутиться.
Санитар несколько раз ударил моей матери по щекам, пока та не пришла в чувства.
— Что? — мама очнулась, но была еще пьяна. — Вы кто?
— Я тот, кто обещал отомстить твоему мужу, — сказал псих и достал из кармана кулон.
— Моему мужу? Леше? Льву? За что…
— Ти-и-хо… — сказал похититель и кулон в его руке стал раскачиваться.
Либо пленка повреждена, либо, клянусь, что я видел, как от равномерно болтающейся из стороны в стороны фигурки исходят прозрачные волны. Они искажали изображение вокруг. А мать не могла оторвать от этого кулона взгляда.
— С этого момента ты больше не знаешь кто такая Анна Николаевна Ракицкая. Сейчас ты в последний раз вернешься в свою прежнюю квартиру, — говорил Санитар бархатным завораживающим голосом. — И сделаешь так, чтобы все подумали, будто было ограбление.
Он дождался, когда она кивнет и продолжил:
— Ты возьмешь с собой кассету, которую я дам тебе. Спрячешь ее в квартире. Так, чтобы никто не смог найти наше с тобой небольшое кино раньше времени. Затем навсегда покинешь свой дом. Кто бы не спросил. С этого момента ты потеряла память. Ты не знаешь кто ты, где жила, не помнишь ни одного имени из своей прошлой жизни…
Санитар медленно подошел к камере и сел на корточки, чтобы его было хорошо видно.
— А несколько моих следующих просьб твоя жена получит наедине, — его глаза улыбнулись и теперь стали под стать рисунку на его грязной белой маске.
Затем псих потянулся к камере и еще через секунду изображение пропало. Снова белый шум.
Я стоял посреди гостиной в квартире Серого. На улице давно стемнело и мое лицо сейчас освещал только свет, исходящий от экрана телевизора.
Теперь ясно куда пропала мать и что произошло в тот злосчастный день. Она оказалась жертвой гипноза. Жертвой психа, который либо охотится за моим отчимом — что вряд ли, потому что они в гражданском браке, — либо…Санитар почему-то до сих пор думает, что мой отец жив. За что-то мстит ему. Самое паршивое в этой истории то, что моя мать может быть вообще где угодно. И даже если я найду ее… Она не узнает собственного сына. Собственную дочь.
Что же все так сложно-то, а? Почему в довесок ко всему, я должен расплачиваться за ошибки своего отца? Кем, черт возьми, он был в этом мире? Уверен, Машка знает ответ. Вытащу ее и смогу во всем разобраться. Аввакум Ионович или Глеб Ростиславович тоже должны что-то знать. Но уверен, что никто не расскажет историю Льва Ракицкого лучше, чем его собственная дочь.
Но одно теперь ясно наверняка. Даже когда я найду мать, мне нужно будет отыскать этого Санитара и убедить его снять чары…
— Это какой-то магический гипноз? — я прошел к выключателю и включил свет.
Серый взял пульт с журнального столика и переключил на «Рен ТВ». Там шла серия «Баффи — истребительница вампиров». Он выключил звук.
— Я слышал, что есть такая родовая магия, — ответил мой друг. — Из истории Димона.
— История про Санитара? Можешь пересказать ее мне?
— Да я не помню толком, — Серый закатил глаза и откинулся на спинку кресла. — Был какой-то мужик. Бастард. Работал в психушке. Потом его посадили за то, что он заставлял людей творить разные вещи. Вот.
— Н-да, — я сел на другое кресло. — Рассказчик из тебя так себе.
— Я не помню уже эту историю, — махнул он рукой. — Что ты от меня хочешь?
Серый всегда раздражался, когда кто-то говорил, что у него не совсем хорошо что-то получается. Поэтому я сразу решил сгладить нарастающее напряжение.
