Клаус открыла рот, поняв, что я задумал. Я показал ей жестом — молчать. Но она тут же заговорила:
— Нарисовать Барта Симпсона, Такседо Маска, Балу и других, попавшими в паутину, да еще и в определенном символе? — удивилась она. — Это нереально!
Ян некоторое время размышлял, набрасывая эскиз в своей тетради, но теперь уже на чистом листе.
— Согласен, — поддержал я Клаус. — Это слишком сложное задание. Получится полная лажа. Может просто Бивиса и Баттхеда?
— Так? — внезапно Калачевский поднял голову и показал мне набросок.
Это было нечто. Если бы я не знал, каким талантищем в итоге станет Ян через пятнадцать лет, мне бы даже в голову не пришло нести весь тот бред, который я вывалил из себя. Персонажи мультфильмов девяностых, попавшие в паутину и лежащие в виде магического Знака… Но аристократ смог удивить. Картинка выглядела настолько естественно, что, когда она обрастёт деталями, там вообще нереально будет распознать символ.
— Ну… — протянул я. — Вроде того.
— Принято, — Калачевский прикусил кончик языка, увлекшись своим будущим творчеством. — Через неделю принесу. Может раньше.
— Забились, — улыбнувшись ответил я. Разве что руки не потер.
Мы с Жанной сидели за своей партой и готовились к уроку. Звонок прозвенел, но учителя еще не было.
— Ловко ты придумал, — Клаус улыбалась и грызла кончик своей ручки.
— Не знаю сработает или нет. Но это лучше, чем ничего, — я улыбнулся в ответ и достал учебник по Созерцанию.
Не люблю этот предмет. Никакой практики. Сплошная теория о том, как увеличить запас энергии, которую одаренные могут держать в себе.
— Значит татуировщик отказался набивать тебе Знак?
— Ага. Если бы я был аристократом, он, мне кажется, вообще выпихнул бы меня из тату салона. Не любит чистокровных жутко. Хотя некоторые из них очень даже ничего, — я подмигнул Клаус. — Спасибо.
Она кажется слегка засмущалась, но быстро взяла себя в руки.
— Значит хорошо, что я с тобой не пошла.
Я хотел ответить еще что-то, что подняло бы ей настроение. Типа, что она обязательно понравилась бы тому панку. Но о дистанции не нужно забывать. И я промолчал.
Весь день, как и сам урок Созерцания, тянулся невыносимо долго. Словно я сидел в очереди в больнице, а передо мной, то и дело, заходили бабушки, которым только спросить. В течение всех уроков я поглядывал на Калачевского, который в любую паузу увлеченно рисовал мою будущую татуировку.
— До завтра, Ракицкий! — выйдя из школы, Клаус махнула мне рукой и села в машину к отцу.
Я махнул ей в ответ и заторопился на тренировку по футболу.
По вторникам и пятницам в школе ставят не больше пяти уроков. Чтобы ученики еще успевали посещать секции и кружки, на которые записаны. Эти отличия с миром, где я рос до этого, связаны с комендантским часом. И сейчас я шел вслед за Кипятком и Парфеновым, которые тоже торопились на футбол.
Было бы правильнее отстать от них. Но время сильно поджимало.
Дело в том, что дорога от нашей школы до футбольного зала занимала пятнадцать минут быстрым шагом. Как раз, чтобы успеть прийти и переодеться. Если задержаться — наказание. Арсений Петрович тут же заставит бегать вокруг поля, а что еще хуже, посадит на скамейку запасных. Поэтому я шел следом за аристократами, которые постоянно оглядывались, о чем-то шептались и хихикали. А когда я пытался обогнать их, то они намеренно ускоряли шаг и снова оказывались впереди.
Мы совсем недалеко успели отойти от школы, когда копейка с тонированными стеклами перегородила нам дорогу.
— Вот этот придурок! — заверещал детский голос, едва стекло на пассажирском месте начало опускаться.
Видимо Кипяток насолил кому-то еще. Как раз вовремя. Воспользуюсь ситуацией и обгоню их.
Я обходил копейку, когда меня вдруг кто-то схватил за шиворот.
— Он? — спросил до боли знакомый голос.
— Да! Это этот урод! — верещал писклявый, который, в отличие, от прорезавшегося я не мог узнать.
Чья-то рука схватила меня за плечо и заставила развернуться.
— Штырь? — от неожиданности прошептал я.
— Че сказал? — гопник залепил мне подзатыльник и подозвал того, кто жаловался на меня все это время. — Он и тебя успел достать?
— Да-да! Это тот урод, который ударил меня! — мелкий подошел ближе. — Ну че теперь скажешь? Кто из нас теперь ушлепок? А? Может мой брат?
Второклассник, от которого я защитил бастарда вчера в школе не переставал зудеть. Кипяток и Антропов остановились в ожидании развязки. Они не могли уйти и пропустить, как кто-то постарше отделает меня.
Ситуация стандартная. Старший брат приезжает в школу заступиться за младшего. В моем случае, почти в школу. Штырь, итак, не самый позитивный персонаж, а теперь у него в руках еще вот такой жирный повод меня как следует припугнуть. Какой-нибудь мелкий пацан, вроде Кипятка, конечно, непременно навалил бы в штаны. Но я понимаю чуть больше. Поэтому, поиграем.
Ну что мне сделает этот гопник? Денег у меня с собой нет. По морде даст? Велика потеря. Заживет. А вот на тренировку опоздаю — это уже плохо. Значит не надо терять время.
