– Как тебе сказать? Виделись после этого пару раз, здоровались, ну и все.
– Это точно! Он тогда к тебе потому и подсел в баре… Хотя… Нет, не знаю. Как-то должен он быть связан. Может, и прав Игорь.
– А твой Михаил, извини за нескромный вопрос, действительно так богат?
– Не знаю, наверное. У него большая, процветающая фирма. Я ведь работаю в одном из ее филиалов. А что?
– Ничего, просто спросил. Он хотел развестись с Нинелью и жениться на тебе?
– Хотел – не хотел. Какое тебе дело? Никакого значения это теперь не имеет. И вообще, я не могу это обсуждать! Мне неприятен этот разговор.
– Извини. – Вадим взял рюмку и рассеянно повертел ее в руке. – Ну что, еще коньячку или открыть шампанское? До Нового года осталось всего ничего. Пять часов. А по-московскому – семь. Давай на эти несколько часов все забудем и просто отпразднуем. Я понимаю, что тебе тяжело. Но знаешь, мне в чем-то еще тяжелее. Еще позавчера я и мечтать не мог, что встречу этот Новый год с тобой. С тобой вдвоем. Мне так плохо было без тебя, Катенька!
– У тебя же была неплохая замена.
– Раиса? Нет, это все не то! То есть по принципу не то. Это было отчаянье, омут отчаянья, как и мое запойное пьянство, чтобы не сдохнуть без тебя. Одно сменило другое. Я не предлагаю тебе вернуться, я просто прошу подарить мне еще несколько часов. Ну что тебе стоит. – Вадим схватил ее руку и прижал к своей груди. – Пожалуйста, Катенька.
Вид у него был такой отчаянно-несчастный, что отказать ему Катя не смогла.
– Хорошо. Только без спектаклей в стиле белого клоуна. Я однажды уже поддалась на твои уговоры, а ты все так испортил.
– Никаких представлений. – Вадим радостно улыбнулся. – Но праздник будет настоящим, с закусками и шампанским. Договорились?
– Да, конечно.
– Ну тогда приготовь что-нибудь на скорую руку. Продукты в мешке, а я… Я сегодня даже побриться не успел. Я сейчас, только немного приведу себя… – Вадим почти бегом направился в ванную.
Катя достала из пакетов продукты: сыр, колбасу, банку крабов. Обычный холостяцкий набор. Яйца Вадим с Гавриловым умудрились где-то купить уже вареными. Нарезав колбасу и сыр, Катя сделала салат и перенесла все в комнату. К этому времени Вадим как раз закончил «наводить марафет» и вышел из ванной чистый, гладковыбритый, в свежей белой рубашке. В руке он держал букет каких-то странных нежно-голубых цветов. Цветы были так неожиданны, что Катя засмеялась.
– У тебя что, в ванной цветочный магазин?
– Что-то вроде этого. – Вадим улыбнулся и подал ей букет. – А разве праздновать мы будем здесь? – Он перевел взгляд на столик.
– А где ты хотел? На кухне?
– Нет. Подожди.
Вадим бросился к шкафу, распахнул его и вытащил скатерть.
– Ты обещала мне праздник. Я хочу, чтобы все было, как тогда. Помнишь, как мы с тобой познакомились и ты пригласила меня к себе? Мы тогда расстелили скатерть прямо на полу, а сидели на диванных подушках. Ты не против?
– Делай как хочешь, мне все равно.
Вадим расстелил скатерть на ковре, Катя перенесла закуски и рюмки.
– Нам нужны еще бокалы. Я все-таки открою шампанское. Праздновать так праздновать.
– Хорошо. – Катя достала бокалы и поставила на скатерть. Вадим открыл шампанское.
– Ну, за нашу встречу?
– Кощунственно звучит. Ты мог бы так явно не показывать свою радость.
– Не могу удержаться, – Вадим засмеялся.
– Ты опять что-то задумал? – Катя с тревогой посмотрела на него.
– Ничего не задумал, не бойся. Клоун был моей единственной постановкой. Неудачной, надо признать. За что тогда выпьем?
– Не знаю. За то, чтобы все как-то закончилось.
Вадим выпил и положил себе салата, предложил Кате, но она отказалась. Она вообще чувствовала себя очень неуютно. Шампанского только чуть-чуть отпила, на закуски смотрела с отвращением.
– Чего же ты не пьешь? – Вадим оторвался от своей тарелки и перестал жевать. – Шампанское очень ничего, даром что крымское.
– Боюсь опьянеть, – призналась Катя. – Мне кажется, что сейчас необходимо сохранять трезвую голову. У меня такое ощущение, что вот-вот произойдет что-то жуткое.
– Не бойся. Все самое жуткое уже произошло. Не думай ни о чем. Мы же договорились от всего отвлечься. И потом, положись на меня. У меня всегда голова трезвая, сколько бы я ни выпил, ты же знаешь. За исключением того периода запойного, я всегда могу себя контролировать. А одной трезвой головы на двоих вполне хватит. Так что пей, не волнуйся. Расслабиться тебе просто необходимо. Можно было бы и водки дернуть, но я не догадался купить. Сбегать, что ли?
– Не надо. Я не хочу водки. Шампанское с коньяком тоже еще та гремучая смесь.
Катя допила шампанское.
– И кагора тоже я не догадался купить, – сказал Вадим грустно.
– А кагор-то при чем?
– Разве ты забыла? Мы тогда пили кагор. Помнишь, я купил в «Сказке»? У тебя еще не нашлось штопора и пробку пришлось вбивать внутрь ножницами. Она раскрошилась, и крошки потом попадали в рот, – Вадим вздохнул. – У тебя кошка была рыжая. Она ходила по скатерти и обнюхивала бутылки. Кошка сдохла, а ты ушла от меня.
