Бин попытался проследить за взглядом Стоуна, но тот отвернулся, Прежде чем Бин успел засечь, куда он смотрит.
— Надеюсь, они уверены в причине его смерти, — заметил Бин. Потом быстро добавил: — Я хочу сказать, что иногда возможны ошибки…
— Думаю, если они и ошиблись, мы об этом со временем узнаем. Пресса обычно вытаскивает подобные факты на свет божий.
— Да уж, журналисты мастера по этой части, — с неудовольствием заметил Бин.
— Мой муж многое знает о внезапных смертях! — выпалила вдруг Мэрилин Бин. А когда все уставились на нее, поспешно добавила: — Я имею в виду продукцию, которую выпускает его компания.
Бин улыбнулся Калебу и остальным и сказал:
— Извините нас. — И, твердо взяв жену под руку, повел ее прочь. Стоуну показалось, что в глазах женщины мелькнула веселая искорка.
Робин некоторое время смотрел им вслед.
— Я теперь смотрю на этого парня и представляю его с женскими трусами на убогом члене, развевающимися как флаг. Мне пришлось себе кулак в рот засунуть, чтоб не расхохотаться во время службы в церкви.
— Очень мило с его стороны, что он сюда пришел, — съязвил Стоун. — Он же просто знакомый.
— А его мадам весьма непростая штучка, — добавил Калеб.
— Да, она производит впечатление достаточно умной, чтобы все знать об изменах мужа, — сказал Стоун. — Не верится мне, что у них любовь.
— И все же они вместе, — ехидно добавил Милтон.
— Из любви к деньгам, власти и положению в обществе, — скривился Калеб.
— Что ж, я бы не возражал против такого хотя бы в одном из моих браков, — отпарировал Робин. — Любовь у меня была, хотя и недолго, но ничего другого точно не было.
Стоун снова уставился на леди в черном.
— Вон та женщина, она тебе не кажется знакомой?
— Да их разве поймешь? — сказал Калеб. — Она же в шляпке и в темных очках.
Стоун достал фото.
— Думаю, это та самая.
Они столпились вокруг него, рассматривая фотографию, потом Калеб и Милтон стали пялиться на женщину, указывая на нее пальцами.
— Может, вы оба будете вести себя поскромнее? — прошипел Стоун.
Похоронная процессия наконец добралась до кладбища. После окончания службы над могилой все побрели к своим машинам. Дама в черном припала к гробу, пока двое могильщиков в джинсах и синих рубашках ждали в сторонке. Стоун оглянулся по сторонам и заметил, что Бин и его жена уже уселись в свой лимузин. Он осторожно осмотрелся вокруг, выискивая тех, для кого применение пыток водой — обычное дело. Таких людей легко можно вычислить, если знаешь, кого именно ищешь, а Стоун это знал. Однако все его наблюдения ничего не дали.
Он махнул остальным, чтобы следовали за ним, и направился к женщине в черном. Она все еще стояла, положив ладонь на гроб розового дерева, и, кажется, что-то бормотала — видимо, молитву.
Они дождались, пока она отойдет от гроба. И когда она повернулась к ним, Стоун сказал:
— Джонатан умер в расцвете сил. Очень грустно.
Глядя на него сквозь темные очки, она спросила:
— Откуда вы его знаете?
— Я работал с ним в библиотеке, — ответил Калеб. — Он был моим шефом. Нам его будет очень не хватать.
Женщина кивнула:
— Да, наверное.
— А вы откуда его знали? — небрежно спросил Стоун.
— Это было очень давно, — туманно ответила она.
— Давняя дружба — редкое явление в наше время.
— Это уж точно. Извините. — Она прошла мимо них, направляясь к выходу.
— И вот что любопытно, — громко произнес Стоун, чтобы она услышала. — Медики так и не сумели выяснить причину его смерти. — Замечание произвело надлежащий эффект. Женщина остановилась и обернулась.
— В газете было написано, что это сердечный приступ.
Калеб помотал головой:
— Он умер оттого, что сердце остановилось, но приступа у него не было. Газетчики поспешили с выводами, я так думаю.
Она сделала несколько шагов к нему:
— Я не знаю, кто вы.
— Калеб Шоу. Я работаю в читальном зале отдела редких книг библиотеки конгресса. А это мой друг…
Стоун протянул ей руку:
— Сэм Биллингс. Рад с вами познакомиться. — Он мотнул головой в сторону двух остальных членов «Верблюжьего клуба»: — Тот, что покрупнее, — Робин, а другой — Милтон. А вас как зовут?
Но она не обращала никакого внимания на Стоуна, а смотрела только на Калеба.
— Если вы работаете в библиотеке, то, наверное, любите книги, как любил их Джонатан.
Калеб просветлел лицом, как только разговор зашел о его любимом деле.
— О, конечно! Дело еще и в том, что Джонатан в своем завещании назначил меня своим литературным поверенным. И я сейчас как раз занимаюсь инвентаризацией его коллекции. Ее нужно оценить, а потом продать. Деньги пойдут на благотворительность.
Тут он замолчал: Стоун сделал ему знак заткнуться.
— Это вполне в духе Джонатана, — заметила она. — Его родители, я полагаю, уже умерли?
— О да. Отец уже много лет как умер. А мать — два года назад. Джонатан унаследовал их дом.
Стоуну показалось, что женщине потребовались немалые усилия, чтобы не улыбнуться при последнем сообщении. Что этот адвокат говорил Калебу? Кажется, что брак был расторгнут. И видимо, не женой, а мужем, но по настоянию его родителей…
