— Я бы хотела взглянуть на его дом, — сказала она Калебу. — И на его коллекцию. Наверное, она здорово увеличилась.
— Вы знали про его коллекцию? — спросил Калеб.
— У нас с Джонатаном было очень много общего. Долго я здесь не пробуду. Это можно сделать сегодня вечером?
— А мы как раз и собирались туда сегодня вечером, — ответил Стоун. — Если вы остановились в отеле, можем вас захватить по дороге.
Женщина покачала головой:
— Нет, встретимся прямо на Гуд-Феллоу-стрит. — И быстро пошла к ожидавшему ее такси.
— Думаешь, это ничего, что мы ее пригласили в дом Джонатана? — спросил Милтон. — Мы ж ее совершенно не знаем…
Стоун снова вытащил из кармана фотографию и поднял ее повыше:
— Думаю, что все-таки знаем. По крайней мере скоро это выяснится. На Гуд-Феллоу-стрит, — задумчиво добавил он.
После того как завершились проводившиеся за закрытыми дверями слушания в комиссии по разведке палаты представителей, Сигрейвз и Трент выпили по чашечке кофе в кафетерии, а потом вышли на улицу и стали медленно прогуливаться по дорожкам вокруг Капитолия. Поскольку по службе они обязаны были много времени проводить в обществе друг друга, это не могло вызвать никаких подозрений.
Сигрейвз остановился, чтобы распечатать пачку жевательной резинки, а Трент нагнулся завязать шнурок на ботинке.
— Стало быть, вы считаете, что этот парень раньше служил в конторе? — спросил Трент.
Сигрейвз кивнул:
— Три шестерки; вы ведь знаете, что это за категория, Альберт?
— Только в общих чертах. Мой допуск не слишком высокого класса. Контора наняла меня для аналитической работы, а вовсе не для оперативной. У меня не те способности. Кроме того, после десяти лет ковыряния в этом дерьме с меня вполне довольно.
Сигрейвз улыбнулся:
— Перепрыгнули в политики, да? Конечно, это намного лучше, не так ли?
— Для нас обоих.
Сигрейвз понаблюдал, как его коллега причесывает оставшиеся на голове несколько жидких прядей, каким-то образом умудряясь без зеркала отлично пристраивать одну рядом с другой.
— А почему бы вам просто не завязать со всем этим? — ухмыльнулся он. — Вокруг полно дамочек, готовых запасть на таких мачо. А пока что можете заняться собственной персоной.
— После того как мы завершим свои карьеры, у меня будет столько денег, что в той стране, где я осяду, дамочки будут счастливы видеть меня таким, какой я есть.
— Ну как угодно.
— Этот малый с тремя шестерками может осложнить нам дело. Возможно, это уже грозовое предупреждение.
Сигрейвз покачал головой:
— Если им заняться, можно и впрямь осложнить ситуацию. Насколько я понимаю, у него сохранились кое-какие связи. Если бы я его убрал, пришлось бы убрать и его друзей. А при таком раскладе можно наломать дров и вызвать подозрения ненужных людей. Пока что он считает, что это работа Бина. Если он изменит свое мнение, тогда прогноз погоды будет звучать совершенно по-иному.
— Вы действительно считаете, что это наилучшая стратегия?
Сигрейвз чуть помрачнел.
— Ну давайте посмотрим в глаза реальности, Альберт. Пока вы спокойно сидели за своим жалким столом в тихом уютном Вашингтоне, я совал башку в такие гнусные дыры, на которые вы даже по телевизору боитесь смотреть. Так что продолжайте заниматься тем, чем занимаетесь, а заботы о наших стратегических планах уж оставьте мне. Если, конечно, не считаете, что у вас это получится лучше, чем у меня.
Трент попытался улыбнуться, но от страха не смог.
— Да я и не сомневаюсь в вас…
— А впечатление такое, что сомневаетесь, черт бы вас побрал! — Сигрейвз вдруг улыбнулся и обнял Трента за тщедушные плечи. — Не стоит нам сейчас ссориться, Альберт. Все идет слишком хорошо, не так ли? — Он стиснул его еще крепче и отпустил только тогда, когда почувствовал, что тому больно. Это было приятное ощущение — чувствовать, как ему больно. — Я правильно говорю?
— Абсолютно, — подтвердил Трент, потирая плечи с таким видом, словно вот-вот заплачет.
«Ты, видимо, в гимнастическом зале перекачался, сукин сын», — подумал он.
Сигрейвз между тем сменил тему беседы:
— Четверо связных Государственного департамента мертвы. Как и было задумано вначале. — Он лично знал одного из убитых; они даже служили когда-то вместе. Отличный агент, но миллионы долларов, выплаченные за него, легко перевесили дружеские отношения.
— Полагаете, что правительство вдруг проявит изобретательность? Что у нас дальше по списку?
Сигрейвз бросил сигарету и посмотрел на своего компаньона.
— Увидите, когда до этого дойдет дело, Альберт. — Ему уже несколько поднадоел этот его младший партнер. Их нынешний джем-сейшн был отчасти посвящен именно этому — показать Тренту, что он был и навсегда останется только подчиненным. А если положение станет рискованным и карточный домик накренится, Трента нужно будет убрать первым, и по весьма простой причине: слабаки под давлением всегда раскалываются.
Они расстались, и он пошел к своей машине, стоявшей в закрытой зоне. Помахал охраннику, который знал его в лицо.
— Охраняешь мои колеса? — улыбаясь, спросил Сигрейвз.
