До первой линии обороны людей оставалось не более десяти метров, когда три твари вдруг взвыли оглушительно и противно, отчего у бойцов кровь застыла в жилах. Обезьяны одновременно взмыли в воздух и сверху обрушились на солдат. Опытный глаз генерала сразу определил, что чудовища действуют по заранее оговорённому плану. Иначе откуда у них такая слаженность в действиях?
Атака с воздуха оказалась для многих "теней" трагичной. Монстры нанес ли отряду ощутимый урон. К счастью, обошлось без смертельного исхода. Многие спецназовцы, получив разнообразные травмы и ушибы различной степени тяжести, остались корчиться на песке среди камней. У кого-то из них оказались переломаны конечности, кто-то был просто оглушён и ослеплён ударами крыльев и когтистых лап…
Монстры поднялись на задние лапы, встав спинами друг к другу, и огласили своды пещеры победным рёвом. Так они отметили свою первую победу над людьми. Бойцы перестали стрелять по ним из опасения попасть в своих. Все прекрасно осознавали, что отныне схватка с обезьянами будет только рукопашной. На свет появились метательные ножи и кинжалы…
И всё-таки, несмотря на первую победу, монстры уже не являли собой былую мощь и силу. Миллионы лет консервации давали о себе знать! К тому
же твари испытывали страшные голодные спазмы, а голод, как известно, плохой помощник в любом деле, особенно в военном.
Едва "тени" со всех сторон напали на врага с холодным оружием в руках, сразу стало ясно, что последние уступают им в подвижности и реакции. Одурманенный консервантом мозг монстров не мог пока адекватно оценивать сложившуюся ситуацию…
Симаков вновь "вырастил" из ладони чудесный меч, Костя встал с ним рядом, вооружившись штыком. Когда прозвучала команда, оба бросились вперёд. Рукопашная схватка с противником длилась ровно пять минут и сорок секунд, если верить часам Игнатова…
Симаков безошибочно определил предводителя этой тройки и напал на него, намереваясь оттеснить от остальных тварей. Он орудовал одновременно мечом и немецким штык — ножом, который всю дорогу провисел у него на поясе в самодельных ножнах.
Монстр отбивался то крыльями, то лапами и постепенно отступал под богатырским натиском человека. Симаков в свою очередь тоже мгновенно уходил от ударов, сам нанося обезьяне ощутимо болезненные раны. Предводитель в ярости не заметил, как отдалился от соратников. Те без вожака стали нервничать, допускать ошибки и пятиться. "Тени" окружили их плотным кольцом и били без остановки кто чем мог.
Вожак вдруг выкинул вперёд правую лапу с выпрямленными когтями. Он намеревался пронзить грудь Симакова, чтобы вырвать из неё сердце настырного врага. Но тот увернулся, слегка развернув корпус на четверть оборота. Лапа проскользнула сбоку. Симаков тут же рубанул по ней мечом и отсёк по самый локоть.
Монстр взвыл и отпрянул. Боль и бешенство ослепили его. Он набросился на обидчика, пустив в ход крылья. Симаков заработал мечом как вертолёт пропеллером. Вскоре крылья твари превратились в лохмотья. Но вожак не сдавался. Он подскочил к человеку как можно ближе и внезапно опрокинувшись на спину на крылья, пустил в ход нижние конечности, когти на которых были раза в два длиннее и острее, чем на лапах. Только чудом избежал Степаныч этой живой мясорубки…
…Момент показался Симакову более чем подходящим и он, выпрыгнув высоко вверх, кувырком перелетел тварь. Оказавшись у чудовища за спиной, Степаныч молниеносным движением отрубил оба его крыла по самые плечи.
Крылья поддерживали монстра как в гамаке и амортизировали во время нане-
сения им ударов ногами. Внезапно лишившись этой подпорки, он грохнулся на
камни, испуская пронзительные завывания боли и страха. Кровь хлестала из его спины двумя багровыми фонтанами. Он не успел вскочить на ноги, как со всех сторон набежали бойцы и пригвоздили его к земле прицельными очередями. Свинец разнёс чудовище в клочья!
Монстр ещё подёргался в агонии и затих. Игнатов пнул его ногой и сделал контрольный выстрел в лоб: "Это тебе на орехи!"
Ближайшие "тени" признали мастерство неизвестного им деревенского мужика коротким похлопыванием Симакова по плечам и спине. После чего все бросились на помощь товарищам, продолжающим сражаться с двумя другими тварями. С ними увязался и Игнатов.
Битва захватила Симакова. Он бросился следом за "тенями" и нос к носу столкнулся с ещё одним чудовищем, которое вырвалось из живого кольца бойцов. Монстр ковылял, прихрамывая на левую ногу. Безостановочно щёлкая челюстями, он с силой отбрыкивался и отмахивался от наседавших на пятки солдат.
Те открыли прицельную стрельбу по его нижним конечностям, намереваясь перебить суставы в коленях. Несколько выстрелов достигли цели и монстр зашатался ещё сильнее. В дикой ярости раненая обезьяна стала хватать обломки и швырять их в бойцов. Это у неё получалось довольно ловко, несколько солдат получили приличные ушибы в грудь и в голову.
