Сначала сигнал не прошел, банально сорвавшись из-за печального крика какой-то ночной птицы. Отвлекшись, Лора тихо рыкнула, а на самом деле выругалась, и снова сосредоточилась на построении мыслеформы. Боль превращения в человека девушка всегда переносила легче. Эта боль доводила Лору до невероятных высот наслаждения, сродни оргазму, до судорог. Как только метаморфоза выбросила ее из шкуры волколака, девушка минут десять лежала, подергиваясь и слабо постанывая, ощущая себя всю от кончиков пальцев на ногах до мочек ушей. Настолько обнаженными оказались чувства, что тронь – вспыхнут ярким пламенем страсти.
Когда она пришла в себя, предрассветные сумерки робко просачивались через кусты и деревья. Лора встала с остывшей земли, добралась до сумки с вещами, оделась, тщательно привела себя в порядок, достала телефон и послала короткую фразу на нужный номер: «Волжский Плес пуст».
Глава 10
Глава десятая
Жители Нижнего Новгорода, наверное, были очень удивлены наплывам дорогущих иномарок и российских эксклюзивных автомобилей, летящих из аэропорта через весь город в сторону фешенебельного ресторана «Княжий Павильон», и справедливо восхищались своим удельным правителем, сумевшем стать посредником в спорах между ссорящимися соседями. На их веку уже несколько таких встреч способствовали затуханию межклановых войн, и не зря их город считался нейтральной зоной для важных переговоров.
«Княжий Павильон» включал в себя помимо основного двухэтажного здания, облицованного белоснежным мрамором, несколько комплексов летних кафе, солидных шашлычных, открытого танцевального зала с легкой раздвижной крышей – и все это великолепие уместилось посреди соснового бора на высоком берегу Оки, совсем неподалеку, где она соединяла свои воды с величественной Волгой.
Сначала к ресторану подъехала кавалькада черных лимузинов князя Апраксина вместе с самим хозяином – статным шестидесятилетним мужчиной (стариком его называть было как-то неудобно. Не выглядел он на свои годы) с благородной проседью в волосах и тщательно лелеемой щетиной, придававшей Главе клана весьма боевитый и брутальный вид. Если добавить сюда широкие плечи, на которых едва умещался костюм из дорогущей ткани ивановских мануфактур, изящные и сильные пальцы с магическими кольцами на них, великолепной выделки тонкая трость с массивным набалдашником в виде оскаленной морды медведя – и можно в небывалой робости припадать на колено, осознавая свое ничтожность перед высокородным аристо.
На правах хозяина и посредника князь обязан был приехать первым, что он и сделал. Его сопровождающие, благородные и статные господа в светло-серых одеждах, чуть ли не одновременно посмотрели на свои наручные часы и кивнули с удовлетворением. Им уже передали информацию о прибывшем Из Торгуева самолете князя Щербатова, и через двадцать пять минут он должен подъехать к месту переговоров. Одновременно с этим поступил звонок от представителей клана Паниных, кои уже рвались по главной автостраде города к ресторану, не видя препятствий. Спорящие стороны не хотели устраивать показуху, только ради того, чтобы предъявить претензии друг другу.
Чтобы скоротать время, хозяин обошел заведение, давая последние указания охране, прислуге и администрации, уверенно побеждая суету перед важной встречей. Князь Апраксин уже не раз оказывался в роли третейского судьи, потому и знал, как устроить одновременный подъезд торгуевской и ярославской делегаций. На стоянке они должны оказаться одновременно, где их и встретит хозяин города.
Так и случилось. Через полчаса представители кланов сошлись возле фонтана, раскинувшегося в виде тюльпана напротив широкой входной лестницы, и по жесту Апраксина вошли внутрь заведения, закрытого сегодня для других посетителей по случаю важного мероприятия.
Огромное помещение, в котором заменили все круглые столы на один длинный с дорогим наборным шпоном из светлых сортов дерева, заполнилось импозантными гостями. В свете миллионов ватт, излучаемых дорогими люстрами, искрились золотые кольца, перстни, запонки, галстучные зажимы, драгоценные камни, обрамленные во все это великолепие. Важные вассалы тоже имели право на шик.
- Апраксин умеет пускать пыль в глаза, – едва шевеля губами, произнес князь Щербатов, зная, что его услышит только старший сын Павел.
- Ему это всегда удается, – княжич был удивлен. До такого показного радушного приема даже отец не дотягивал. Ну…он всегда был скуповат.
- Еще бы, – откликнулся отец, пока их делегация неспешно занимала места за столом. – Апраксин сказочно богат и входит в десятку самых богатейших родов русской аристократии. К тому же он еще и поместный властитель от лица Великого Князя. Это ведь земли Долгоруких. Ему позволена королевская роскошь.