Колокол Люцифера полностью

Практические приготовления вермахта к войне начались за год до нападения. Во время допроса в качестве подсудимого на заседании Нюрнбергского военного трибунала бывший начальник штаба Верховного главнокомандования вооружёнными силами нацистской Германии, генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель заявил: «Вопрос о возможности войны с Советским Союзом встал впервые к концу 1940 года. В период осени 1940 г. — зимы 1940—41 г. этот вопрос ставился только в плоскости возможности активных действий германских вооружённых сил на Востоке с целью предупреждения нападения России на Германию… В период зимы 1941 — весны 1941 гг. война на Востоке считалась почти неизбежной и генштаб начал подготовительные мероприятия и разработку планов войны».

Продолжая, фельдмаршал неоднократно акцентировал внимание на «превентивности» войны с СССР: «…после заявления Советским Союзом своей позиции по отношению к Румынии, Финляндии и Прибалтике, для Германии стала ясной угроза нападения Красной Армии»; «опасность стала особенно ясной после шагов СССР в балканской политике»; «все мероприятия, проводившиеся нами до весны 1941 г., носили характер оборонительных приготовлений на случай внезапного нападения Красной Армии».

Начальник штаба оперативного руководства вермахта генерал-полковник Альфред Йодль так объясняет причину издания Гитлером в ноябре 1940 года приказа о подготовке к войне с Советским Союзом: «В начале декабря 1940 года был издан оперативный приказ о подготовке к войне с СССР, поскольку в политическом руководстве Германии существовало мнение, что положение усложнится в том случае, если Россия первой нападёт на Германию. А поскольку раньше или позже, но война с ней неизбежна, нам следует лучше самим выбрать время для нападения».

В качестве оправдания «превентивного удара» нацистская пропаганда с февраля 1935 года до августа 1939 года часто ссылалась на антифашистские материалы из советской прессы, убеждая немцев в агрессивных планах большевиков, происходящих от крайней непримиримости к любым проявлениям национального самосознания, их расовых заблуждениях, именуемых в стране Советов интернационализмом.

Основной чертой советского человека нацисты называли крайнюю нетерпимость, переходящую в откровенную злобу ко всем, кто не исповедует государственную политическую религию (марксизм-ленинизм), взращённую в его сознании грубой большевистской пропагандой.

Гёббельс неоднократно утверждал, а пропагандисты все 12 лет нацистского кошмара повторяли день за днём его слова, что на одной планете не могут мирно существовать национал-социализм и большевизм. Либо Советский Союз будет уничтожен, либо погибнет возродившаяся из руин Первой мировой войны и вставшая с колен Германия, «освободившаяся» от предрассудков западного либерализма.

Немцам методично, каждый день внедряли в сознание мысль о том, что немецкая нация, в едином порыве, возглавляемая гениальным вождём немецкой нации Адольфом Гитлером, встала на пути у «жидо-большевизма», стремившегося поработить все народы на планете, устроив вселенский пожар мировой революции.

Действительно, в СССР до заключения в августе 1939 года договора о ненападении (пакта Молотова-Риббентропа) советские СМИ много лет проводили масштабную антифашистскую пропаганду, направленную против итальянских фашистов, немецких национал-социалистов, испанских фалангистов и им подобных.