Мои дети очень любят ее – как говорят американцы, «эти люди за нее». А кто был бы не «за нее»? Ведь и твои читатели ее любят, просят ее электронный адрес, хотят переписываться с художницей (не знаю, почему ты скрыла, что Изабелла врач), которая посещает малоизвестные христианские святыни. Требуют продолжения серии очерков о ней. Может быть, и они жаждут установить личность слушателя, которого ищет эксцентричная художница – пусть даже она его выдумала. Он вроде фантома, вызывающего страх, а может, и эротические мысли: мы боимся его, но и хотим, чтобы он был с нами. Читателей больше занимает слушатель как ее движущая энергия, меньше – как истина. В Изабелле есть какая-то приветливая скромность, теплота и необычайно сильная связь с верой. Думаю, что она, закрыв на время свою врачебную практику, идет от монастыря к монастырю, чтобы искать, находить, собирать духовную энергию, которую в живописи оставили великие мастера. Все прочее, я убеждена, – лишь ловко упакованный маркетинг. Насколько же она мне дороже!
Изабелла известна своими изображениями библейских сцен непревзойденной красоты и мощной экспрессии. Не думаю, что она этим счастлива. В ней всегда живет какая-то печаль и надежда, что она найдет человека, который ее поймет. И которого она не потеряет. Это должен быть человек мудрый, верующий, как она сама, сходной судьбы, творческая личность – возможно, известный писатель. Что будет, не знаю. Молюсь, чтобы это случилось. В ней столько любви, которую ей некому дать.
После встречи с ней мне стало легче. Долго мне было невыносимо тяжело думать о своих родителях. Я думала, что мое рождение их разлучило. В разговоре с игуменьей я поняла, что оно их навсегда сблизило. Они выбрали Изабеллу, чтобы она исполнила их желание. Знали, что она будет необходима мне в жизни. И предана мне. Мне стыдно сказать тебе, но я не чувствую такой близости с родителями. Я не видела их улыбок, они не обнимали меня и не ухаживали за мной. Я их не знаю, хотя меня потрясла их судьба. Я люблю тех родителей, которые меня удочерили, воспитали и вырастили, но их я тоже потеряла. Эта потеря была тяжелой, вызвала депрессию. Мои дети знают их как бабушку и дедушку, помнят их и любят, за что я им необычайно благодарна.
