Он вытащил из куртки сотовый и быстро набрал номер. После короткого разговора, состоявшего большей частью из междометий, восклицаний и хохота, он, донельзя довольный, распрощался с собеседником и убрал мобильник в карман.
– Все в ажуре, – радостно произнес он в ответ на Катин вопросительный взгляд. – Наша Светлана Константиновна, забери ее холера вместе с потрохами – это не я сказал, это приятель мой – сегодня приедет на персональную тренировку в два часа дня. В промежутках между подходами к штанге бери ее тепленькую. В тренажерный зал нас пустят, я договорился, а там даже такие высокие особы с народом разговаривают.
– Ура! – воскликнула девушка и то избытка чувств кинулась к Толяну на шею.
– Ура, – согласился тот и заторопился, взглянув на часы. – Пошли быстрее, а то туда ехать через весь город.
К двум часам в клуб "Олимп" они все же опоздали, потому что с полдороги пришлось вернуться. Кате вовремя пришла в голову мысль, что без спортивной формы их внутрь не пустят, а если даже пустят, то сильно ограничат свободу передвижения. Толян молча кивнул и развернул машину. К моменту, когда они правильно одетые и обутые, появились в спортзале, Светлана Константиновна уже усиленно занималась минут двадцать. Приятель Толяна – гора мышц в синем трико и желтой майке – издалека показал им объект их интереса.
Мадам Чукреева была сухощавой (злые языки бы сказали – высохшей) крашеной блондинкой небольшого роста. Темный загар наводил на мысль о многих часах в солярии или на солнце. В настоящий момент она с остервенением терзала тренажер для бедер. Ее персональный тренер, крупная женщина с короткой стрижкой, терпеливо поправляла ее движения, но Светлана Константиновна видимо считала, что ей помощь не требуется. Она с высокомерным видом выслушивала инструктора и продолжала делать упражнение по-своему.
Кроме них в зале почти никого не было, только пара уже отзанимавшихся старичков глубоко пенсионного возраста мирно беседовала в уголке возле диспенсера с водой, да юная девушка в ярко-красном спортивном костюме увлеченно крутила педали велосипеда.
Толян с Катей остановились возле горки с гантелями и стали делать вид, что разминаются. Охранник, для которого спортзал был родным домом, через две минуты уже забыл, что он здесь не для тренировки и начал заниматься по-настоящему.
– Можете отдохнуть, – донеслись до Кати слова коротко стриженой тренерши.
Светлана Константиновна не обратила на них никакого внимания и продолжала сосредоточенно размахивать ногами. Тренерша отошла к стойке в центре зала и стала что-то записывать в блокноте. Катя посмотрела на приятеля Толяна, и тот незаметно ей подмигнул – пора! Плана у нее не было, и она решила действовать по обстановке.
– Я пошла! – шепнула девушка напарнику, положив гантели на пол.
– Ага, – ответил тот, с сожалением отходя от штанги.
Он выбрал себе тренажер неподалеку от Чукреевой и стал настраивать на нем вес.
Катя напустила на себя важный и капризный вид и остановилась прямо перед Светланой Константиновной.
– Душно сегодня здесь, правда? – противным голосом произнесла она, обмахиваясь полотенцем.
Чукреева метнула в нее недовольный взгляд, но ничего не сказала. Ее ноги ритмично двигались вперед-назад.
– И музыка отвратная!
Левушка не собиралась сдаваться но дамочка молчала, как скала.
– Ах! – взвизгнула Катя, переходя в атаку. – Вы с ума сошли! У вас же кроссовки!
Она в ужасе округлила глаза, уставившись в Чукреевские башмаки.
– Что вы имеете в виду? – не выдержала Светлана Константиновна.
Она перестала махать ногами и, взглянув на свою обувь, не нашла ничего ужасного – подошва на месте, шнурки тоже.
– Это же "МезиКон"! – Катя тыкала пальчиком в кроссовки, как в мертвую жабу.
– Ну и что? – недовольно спросила дама, оглядывая новейшее слово спортивной обувной промышленности на своих ногах.
– Как? Вы разве не знаете? – Катя округлили глаза еще больше. – По последним данным они страшно разбалтывают суставы. Их сняли с производства. Мировой скандал!
– Да что вы?… – лицо Светланы Константиновны вытянулось.
– Представьте себе, – воскликнула девушка. – Вот! Только сегодня по новостям передавали.
Она быстро достала диктофон.
– Я вам сейчас включу, послушайте сами.
Катя быстро нажала кнопку воспроизведения звука и монотонный женский голос размеренно начал свое "…ваши веки тяжелеют… мышцы глаз расслабляются… "
– Ой, это не то, сейчас будет, – торопливо сказала девушка, наткнувшись на недоуменный взгляд Чукреевой. – Слушайте, слушайте!
Диктофон все долдонил про расслабление мышц и никак не переходил к колокольчикам. Светлане Константиновне надоело слушать и она недовольно сдвинула брови.
– Как-нибудь в другой раз, – резко бросила она, поднимаясь с сиденья.
– Подождите, сейчас скажут, – заверяла ее девушка, делая вид, что ищет нужное место. – Где же это?
– Довольно. Мне пора, – ледяным голосом произнесла министерская супруга и повернулась, чтобы уйти.
– Зря не хотите послушать, – вовремя шагнувший вперед Толян перекрыл ей дорогу. – Кроссовки ваши – барахло. Неделю носите – и коленные суставы всмятку.
