А теперь вот то же самое они устраивают с авиацией. Все общество и печать объявили строительство воздушного флота своим кровным делом и не жалеют на него ни денег, ни сил, ни энтузиазма. Следуя примеру французов, немцы решили организовать большой национальный круг полетов почти над всей Германией и тотчас же набрали, без раскачки и уговоров, 350 тысяч марок, причем это лишь на призы летунам, не считая прочих затрат. Принц Генрих, брат императора, возглавивший эту кампанию, собирает миллионы!
Из России же вести приходят пока не очень утешительные. В отличие от французов, и немцев, и даже японцев, которые тоже помогают развитию воздушных сил всенародной подпиской, россияне все еще не раскачались. Ох и тяжелы же бывают на подъем мои дорогие соотечественники! Но если затронуть их сердце, найти к нему дорожку – тогда уж вспыхнут и ничего не пожалеют. Ни последнего гроша, ни, если понадобится, жизни самой.
Надо, надо раскачивать, и побыстрее! Статьи в газетах о проблемах авиации – это хорошо, это привлекает к ней постоянное внимание. Но сегодня затронул в статье один вопрос, завтра – другой, послезавтра – третий. А первый к тому времени уже и позабылся... Получается этакая шрапнель с широким радиусом рассеивания и не слишком высокой надежностью попадания. Но что, если все основные проблемы нынешней авиации, которых скопилось немало, сосредоточить в одном месте? В книге? И сбор от ее продажи пустить на призы летунам? Таким образом, будет обеспечено, как говорится, единство слова и дела.
Он уедет на зиму в Рим – там есть прекрасные врачи, в помощи которых он сейчас так нуждается.
Он сядет за книгу. Он будет писать ее не отрываясь: в голове она уже давно созрела. Писать не для заграницы, а для соотечественников. Он хотел бы, чтобы она послужила делу русского лёта. Заголовок он даст ей самый бесхитростный, но точно передающий суть: «Война и лёт воинов».
Война... А неизбежно ли новое кровопролитие? Вон в Гааге состоялись уже две конференции, которые провозгласили своей целью выработку решений, направленных на ограничение вооружений и обеспечение мира... Да, конференции-то состоялись, однако никто из их участников не проявил ни малейшего желания сделать практические шаги в сторону подготовки таких решений. Особенно явное нежелание считаться с гаагскими рекомендациями демонстрировала Германия, пустившая свою военную машину на полный ход.
Да, война неотвратима, Европа движется неуклонно ей навстречу. Попов в этом убежден, и свою книгу он будет писать именно с таких позиций. Он поставит вопрос перед соотечественниками: хотите ли вы, чтобы враг застал вас врасплох? А если нет, то не сидите сложа руки, не благодушествуйте, готовьтесь; скиньтесь рублем – и вы поможете России создать могучий и сильный воздушный флот, который станет надежной защитой от всяких неожиданностей со стороны врага.
В первом разделе он подведет некоторые итоги и озаглавит его так: «Лёт, что сделали с ним за последний год?» Он приведет массу ярких примеров, чтобы подвести читателя к основному выводу:
«И самолеты и летуны стали лучше.
Есть немало лиц, говорящих, что самолеты, после изобретения их братьями Райт, до сих пор не улучшены и не поддаются усовершенствованию.
Грубая ошибка! Ее делают люди, знакомые с самолетами лишь по картинкам.
Самолеты стали ныне мощными птицами, не боящимися ветра даже в семьдесят километров в час, тогда как первые «райты» нещадно разбивались о землю самым легким дуновением ветра, который, если говорить языком бабушек, пришлось бы назвать нежным зефиром. Словом, слабенькие птенцы стали орлами.
Как показали себя самолеты на последних маневрах во Франции? Им были даны две задачи: разведка и наблюдение за артиллерийским огнем. Обе задачи были выполнены столь блестяще, что начался переворот всего военного дела».
Развивая далее эту мысль во втором и третьем разделах, он назовет их одинаково: «Летчики при батареях». Он покажет со всей убедительностью, какого могучего помощника приобретают артиллеристы в лице авиации.
«Летчики дадут ныне свет артиллерии и станут ее глазами.
Во Франции были произведены опыты, могут ли летуны наблюдать за действием огня артиллерии и сообщать ей все необходимые сведения.
Результаты получились столь блестящие, что их не ждали даже самые горячие сторонники военного лёта. Огонь артиллерии становился столь же метким, как если бы командующий им стоял невдалеке от места падения снарядов и видел ясно действие их.
Давно до производства опытов один из лучших французских артиллеристов полковник Бернар сказал: „Две батареи с летчиком в пять раз сильнее, нежели три батареи без летчика”».
В четвертом разделе – «Летуны – разведчики и метатели бомб» – пойдет речь о том, чему он посвятил немало усилий, работая над статьями для «Нового времени».
Заглядывая через годы, на три десятилетия вперед, он выведет своей плохо слушающейся рукой такие печально-пророческие слова:
«Война будет начинаться в воздухе. Первым делом полетят к врагам быстрые, грозные стаи летчиков.
