– Правильно ты чувствуешь, – юноша осторожно попробовал пальцем остроту топора. – Это – Хозяин острова. Борщевик – великий и ужасный!
– Борщевик? – неподдельно удивился Наг. – А кто это?
– Не кто, а что. Хищное растение, весьма-весьма хищное. Всегда, испокон веков таким было, – прислонив топорище к дереву, Рат покусал губу. – Кстати, мы ему должны принести жертву. Иначе не пропустит.
– Жертву?
– Здесь водятся дикие кролики и белки… Впрочем, белку – не советую.
На месте всегдашнего бивуака караванщиков, кроме топора, отыскался и котелок, и обломок ножа, и небольшой мешочек соли (богатство изрядное!). А еще – запас ячневой крупы, остатки хвороста и огниво. Ратибор быстро развел костер, не обращая внимания на предупреждение своего странного спутника. И правда, что тот знал о болотах, о тропе? В отличие от Рата, ничего. Вот пусть и не лезет с непрошеными советами. Тем более что костер молодой человек разложил не просто так, на старом кострище, а в специально выкопанной ямке, чтоб в наступивших сумерках не слишком-то было видно пламя. Вовсе не от погони прятал Ратибор костер, а так, по привычке, на всякий случай. Благодаря предателю Сгону, враги и так прекрасно знали, где сейчас беглецы, нечего было особенно-то скрываться.
– Нет, они не явятся ночью, – попробовав кипевшую в котелке кашу сделанной из березовой коры и ветки ложкой, молодой человек потянулся за солью. – Сгон не настолько хорошо знает тропу. Думаю, они заночуют на островке… А завтра спокойно догонят нас.
– Догонят? – дернулся шам.
– Догонят, – несмотря на свои слова, Ратибор был деловит и спокоен. – Там, дальше, начинаются сухие места, а нео – прекрасные ходоки. Быстрые, неутомимые, выносливые, одно словно – дикари. У нас с тобой против них шансов нет.
Наг коротко зыркнул:
– Значит?
– Значит, мы будем ждать их здесь, на острове, – улыбнулся Рат. – И уничтожим всех. Нет, я вовсе не кровожаден, но иного выхода у нас просто нету. Ладно, что зря болтать? Нужно подготовить нашим лесным друзьям достойную встречу. Видишь во-он те колья? Сейчас нам нужно будет их заточить и обжечь. Да, кстати! Тебе не будет жаль своей куртки? Мне понадобится всего несколько лоскутков. И твой пояс – его нужно будет распустить на веревочки. Мой – нельзя, он кожаный.
После всех хлопот, оба тотчас же уснули мертвым сном – сказывалась усталость и чувство относительной безопасности, все же хозяин острова отпугивал нежелательных гостей.
Как и ожидалось, ночь прошла спокойно, и восстановившие силы приятели были на ногах еще засветло. Предстояло еще много дел, которые нельзя было сделать в темноте.
– Ну, теперь пусть приходят, – устроив все, как хотел, Ратибор азартно потер руки.
С утра было холодно и над землей стелился рваный белесый туман, ближе к полудню, увы, быстро растаявший в лучах поднявшегося над болотами тускловато-желтого осеннего солнца.
Почесывая шею, спрятавшийся в камышах Рат до боли в глазах всматривался в зыбкую голубоватую даль, и все равно враги появились неожиданно. Возникли за чахлыми кустиками, словно бы вынырнули прямо из тины. Беглецы хоть и ждали погони, но все же не так быстро. Впрочем, это было уже неважно.
– Один, два… четыре… – помня про бинокль, молодой человек особенно не высовывался, шепотом считая появляющиеся за чахлыми кустиками фигуры.
– Десять!
Обычный «десяток», Ксарг вряд ли бы послал за доходягами-беглецами больше, вполне достаточно и этих. Десять отменных широкоплечих бойцов. И с ними – Сгон, ну, как же без него-то? Без него бы не прошли, сгинули б в трясине. Нет, Сгон – все же десятый – Рат пересчитал снова. Да, так и выходило – всего десять. То есть – девять плюс Сгон. Где еще один? Х-ха! Можно догадаться – наверняка, зазевавшимся нео с большим удовольствием позавтракал давешний осьминог.
Мстительно улыбаясь, юноша оглянулся на баржу… Уж пора бы приятелю шаму подсуетиться, ну точно – пора! Что ж он медлит-то, ну, что же? Ведь договорились вчера.
Или… просто иссякли силы… не полностью вернулись способности? Зачем тогда хвастал… Впрочем, что уж теперь!
Когда плечистая фигура осторожно идущего впереди дикарей Сгона приблизилась настолько, что стала заметна косая ухмылка на скуластом лице предателя, Рат привстал и коротко, от плеча, почти без замаха, метнул обломок ножа – как учил покойный воевода. Метнул, и, выскочив из камышей, со всех ног бросился к барже. Вдогонку ему тотчас же полетели стрелы, да Ратибор был не лыком шит, петляя на бегу, словно заяц. Влево… вправо… влево… А теперь спрятаться за дерево – оглянуться – как там вражины? Эх… жаль!
Брошенный юношей нож, увы, не достиг цели. Вернее, достиг, но не той. То ли этот гад Сгон пригнулся, что-то такое почувствовав, то ли просто споткнулся не вовремя – а только нож-то угодил не в него, в другого. В того, что месил болотную грязь сразу за предателем… Да и угодил ли? Раз, два… три… Девять! Есть! Минус один.
