Молодой человек усмехнулся: все это пока были мечты, и для того, чтоб они воплотились в жизнь, нужно еще ого-го сколько сделать. И для начала – идти в Мертвую Зону, а потом и в Москву… и тут, похоже, помощь одноглазого неоценима. Шам прав – беглецы нужны друг другу, один без другого не сможет, такой вот сложился симбиоз. А раз так, то нечего и кривить губы – подумаешь, кто-то кого-то сожрал. Между прочим, именно такой поганой смерти и заслуживал предатель Сгон! Это уж так, к слову.
Хозяин острова пропустил путников без проблем, даже кивнул на прощанье соцветиями… или их качнул налетевший порыв ветра, беглецам уже было все равно. Светилось над головами палевое небо, с желтым, прячущимся за облаками шариком солнца, и холодный ветер приносил откуда-то с болот сильный запах гари. Сбиваясь в стаи, курлыкали перелетные птицы, летели куда-то на юг, шумно хлопая крыльями, и Ратибор уже не раз проводил их с самой откровенной завистью. Были бы крылья! Взял бы сейчас и полетел.
Мертвая Зона, куда путники вышли через полтора дня, оказалась пустой и безлюдной. Ни шатра, ни палатки, ни лодок, ничего и никого. Пусто, лишь налетевший ветер гнал по песчаной отмели закопченную в костре жестяную банку. Усевшись у старого кострища, Ратибор сорвал росшую невдалеке соломину, желтую и сухую, и, сунув ее в рот, задумчиво посмотрел на реку. Опоздали! Что ж, придется догонять. Правда, плотоядный друг Наг несколько затруднял передвижение, но все же… все же нужно было что-то придумать, не тащиться же на своих двоих по неведомым землям, да еще усадив на свою шею одноглазого шама – а так и придется поступить, альтернатив молодой человек пока не видел и не ощущал.
– Торговцы ушли недавно, – подобрав с отмели банку, обернулся Наг. – Эта вот банка… да и следы на песке совсем свежие. Полагаю, мы опоздали дня на два.
– На день, – Рат покачал головой, глядя на заросли камыша и болиголова. – Видишь, кто-то из маркитантов сорвал зобух, не весь, лишь часть – видать, прилепил на небольшую ранку, остатки выбросил. И они еще не совсем завяли.
– Да уж, – недоверчиво хмыкнув, шам не поленился, подошел к зарослям, подняв оторванный листок зобуха – довольно редко встречающегося лопуха-мутанта, способного заживлять раны. – Ты у нас прям следопыт!
– Я – воин.
Выбросив лопух, одноглазый замахал руками:
– Ладно, ладно, не хотел тебя обидеть. Извини. Что мы намерены делать дальше – не спрашиваю. И так все ясно – идти вдоль реки и постараться нагнать торговцев. Только предупреждаю – я пока так себе ходок, и это минус. Но есть и плюсы. – Шам неожиданно улыбнулся и погладил лысину.
– Плюсы? Это какие же? – удивленно переспросил Ратибор.
– Во-первых, ты довольно вынослив и силен, к тому же – скор на ногу. Судя по твоим рассказам, твоя матушка была носителем D-гена – гена кремлевских воинов. Я заметил, что даже со мной на шее ты не очень-то устаешь.
Рат скромно хмыкнул:
– Я вообще редко устаю.
– Вот и я об этом, – одноглазый сплюнул под ноги и продолжал: – Во-вторых, река петляет, и выше по течению много отмелей. Вряд ли баржи и катера маркитантов их очень быстро пройдут. А мы двинемся напрямик, я знаю тропы.
– Знаешь тропы? – покусывая соломинку, юноша с прищуром взглянул на своего страшноватого спутника. – Так это, выходит, ты у нас следопыт? Бывал здесь раньше?
– Бывал. Не такая уж я деревенщина, как ты почему-то считаешь.
Ратибор задумался. Шам говорил дело – деваться некуда, придется идти, догонять, и, похоже, ничего другого тут придумать нельзя. Разве что связать плот, только как плыть вверх по течению? Если верить шаму – река петляла, и торговцев вполне можно было догнать, тем более те имели привычку останавливаться на ночлег задолго до наступления темноты – как всегда, осторожничали. В своей выносливости и силе Ратибор нисколечко не сомневался, вот только не следовало забывать об одном – чем ближе к Москве, тем больше всяких поганых тварей…
Именно об этом – о тварях – и думал молодой воин коломенских Башен, с шамом за спиной ходко шагая по узкой, пока что идущей вдоль реки, повторяя все ее извилины, тропке. Думал – и словно накаркал.
Наг заметил их первым, тут же предупредив своего напарника, и Рат, опустив одноглазого наземь, поспешно спрятался за деревьями. Укрылся, достал из котомки бинокль, внимательно разглядывая горевший на круче костер и гревшихся вокруг него оборванцев. Молодые, лет по пятнадцати, совсем еще дети – светловолосая девчонка и парень. Одеты легко, по-летнему. Скорее даже раздеты: короткие, до колен, штаны из плотной синей ткани, рваные безрукавки. Оба – и девчонка и парень – босые. Вроде бы, с виду не опасные, но кто знает, чего от них ждать? Обойти эту парочку было затруднительно, пришлось бы перебраться через большой, густо заросший колючими кустами овраг с протокою, а потом еще огибать излучину реки. Рат покусал губы – кто эти двое? Что здесь делают? Тоже беглецы? Или здесь где-то недалеко их селение? Судя по одежке – так. Да и сами-то – совсем еще дети.
