- Груз различного характера,- Лукин даже расправил плечи, едва Юрин проявил свою заинтересованность.- Иногда это строительные материалы, в основном металлопрокат, иногда закрытые фуры, и в этом случае характер груза источнику не известен. Так же, было замечено значительно перемещение техники, самого различного назначения, от сельскохозяйственной до строительной. Источник утверждает, что на участке нет никаких складских помещений. Куда деваются грузы и техника, остается неизвестным.
- И какие напрашиваются выводы?- Подбодрил подчиненного полковник.
- Я предполагаю, организацию новой ОПГ*. В крае зафиксирован всплеск хищений транспорта и строительной техники. Подобное конечно же и раньше случалось, но в свете поступивших сведений, я склонен видеть здесь взаимосвязь. Тем более участок находится неподалеку от административной границы с Кабардино-Балкарией и Карачаево-Черкессией. За этими республиками уже давно укрепилась определенная репутация.
*ОПГ – организованная преступная группа.
- Ну а каким образом в это вписывается металлопрокат и эти крытые фуры?
- Не знаю. Ладыгин неоднократно был замечен в обществе преступного авторитета Радионова, так называемого Руля. Возможно здесь имеется какая-то связь. Транзит похищенного. А в крытых фурах может быть вообще все что угодно. Те же удобрения, которые вполне возможно использовать как взрывчатку.
- Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Что думаешь предпринять?
- Пока буду осуществлять оперативное сопровождение. Есть автотранспорт и водители, которых задействуют в перевозках систематически. Отработаю их.
- Ясно. Что же, одобряю. Вот только не в ущерб остальным направлениям. Что ты там выудишь непонятно, а наработанные дела бросать не след.
- Ясно, товарищ полковник. Разрешите идти.
- Иди, Константин.
Проводив взглядом своего подчиненного, Юрин невольно задумался. Ладыгин личность в городе довольно известная и с ним связаны не только упоминавшиеся капитаном странности. Еще с девяностых годов в городе появилось некое сообщество, в которое входят действующие и бывшие сотрудники внутренних дел. Никаких конкретных сведений кроме слухов у ФСБ не было.
Впрочем, никто никогда в серьез это направление и не разрабатывал. Никому не по нраву разгул преступности. А эти парни явно заставляют авторитетов придерживаться определенных правил. При этом сами никаких условий не диктуют и вообще никак себя не проявляют, пока все находится на уровне негласных договоренностей.
От этого польза всем и даже ему, начальнику управления ФСБ. Кто сказал, что если этот городок погрязнет в разборках, то холку будут мылить только начальнику полиции? Как бы не так. Ему, полковнику Юрину, досталось бы ничуть не меньше. Но главное, лишний шум, он никому не нужен, ни простым гражданам, ни дельцам, ни чиновникам, ни силовикам. Лучше уж так, тишком да бочком.
Мог ли Ладыгин уйти в криминал? Очень даже мог. Столько лет находиться около и не опылиться в это слабо верится. Но если так то отчего бы его ОПГ не взять в разработку, а потом и под крыло. Тем более, кусок похоже получается довольно жирный, а потому и себя грешного можно не забыть. Решено, пусть Лукин покрутится пару тройку месяцев, а там можно будет и определяться.
Опять завибрировал лежащий на столе телефон, а затем вдогонку зазвучала мелодия. Выражение лица Дмитрия Ивановича тут же изменилось. Отчего-то именно сегодня ряд начальствующих лиц словно с цепи сорвались и бросились ему названивать. Причем у каждого нашелся целый ряд претензий, ну и распоряжений, куда же без них. Поэтому ничего удивительного в том, что ничего хорошего от очередного звонка он не ждал.
Но как видно горькие пилюли на сегодня уже закончились. Звонил его давний товарищ, Петр Аркадьевич Нефедов. Личность довольно известная, можно сказать практически олигарх. Во всяком случае, играя на бирже и обладая просто звериным чутьем, он сумел сколотить очень внушительное состояние. У всех одна волна кризиса за другой, а Нефедову хоть бы что, его капитал только растет.
Они были друзьями с самого детства. Даже когда в девяностые, Юрин служил за нищенскую зарплату, а Нефедов уже сколотил свои первые миллионы зеленых рублей, эта дружба не дала трещину. Быть может, все дело было в том, что каждый из них жил собственной жизнью.
Нефедов ни раз и ни два предлагал другу вложить в игру на бирже хотя бы небольшие сбережения. В конце концов Петру не составит труда приобщить эти деньги к своим и ввести их в оборот. Уже через год, эта сумма многократно увеличится. А дальше, как говорится, по нарастающей. Причем, чтобы не ставить друга в щекотливую ситуация, он готов на отчисления в свою пользу брокерского процента.
