Колония лжи полностью

Спроси у нее, говорит Фрейя, и я вздрагиваю, осознав, что она слушает мои мысли, которые я забыл заблокировать. Пусть и с опозданием, я делаю это сейчас.

Шэй? — обращаюсь я к ней мысленно. Она поднимает голову, смотрит на меня и на секунду сбивается с ритма.

Кай. Она произносит мое имя внутри себя, и прикосновение ее мысли — то же, что касание ее руки или губ, оно одно такое, и оно принадлежит только ей.

Расскажи. Расскажи мне все.

С чего начать? Что сказать? Я не знаю. Столько всего случилось с тех пор, как мы с Каем были вместе — кажется, с тех пор прошла тысяча лет, — я стала другой и чувствую возникшую отчужденность, а еще я совершенно опустошена и вместе с тем до предела заряжена. Вспоминаю, как испугался Кай, когда в Киллине я убила готовившегося стрелять в нас солдата. Что он подумает, когда узнает, что я сделала сегодня? Возмутится, отвернется с неприязнью.

Мы уже близко, предупреждает Алекс. Я передаю сообщение Каю, откладывая ответ на потом.

Внутри огромного амбара нас ожидает с десяток автомобилей разных типов и моделей.

Алекс направляет нас к одному из них.

— Куда поедем? — спрашивает Кай.

— Хочешь остаться и подождать военных? Уверен, они уже идут.

— Вопрос логичный, — вмешиваюсь я. — Так куда вы собираетесь нас везти?

— Если хотите, могу назвать координаты: это заброшенный аэродром на границе с Шотландией. Промежуточный пункт на пути к конечному пункту назначения, называть который пока еще рано. Так что давайте поедем на аэродром, а потом уже поговорим. Потом, если пожелаете, сможете уйти, и я даже дам вам машину или отвезу туда, куда вы пожелаете. Но сейчас предлагаю не задерживаться и поскорее отсюда убраться.

Вопреки моим ожиданиям, Кай не возражает против предложения Алекса и, что для меня полный сюрприз, согласно кивает.

Мы с ним устраиваемся на заднем сиденье одной из легковушек, на которые указал Алекс. Кай машет Фрейе, предлагает ей сесть впереди, но девушка качает головой и устраивается в машине с Алексом.

Задняя дверца снова открывается, и кто-то из команды Алекса — видны только поцарапанные руки — опускает мне на колени взъерошенного Чемберлена.

Мяу, мяу, мяаааааааааауу!..

Кот возмущен и негодует, а когда принесший его мужчина садится за руль, злобно шипит.

— Некоторые кошки не понимают, как им повезло. Я Аристотель, — представляется наш водитель и заводит машину.

— Привет. Я Шэй, это Кай, а котика, которого вы спасли, зовут Чемберлен. Спасибо, что принесли его. — Кота бы я не бросила, но он такой здоровенный, что и бежать с ним быстро было бы затруднительно.

— Никаких проблем.

— Далеко до аэродрома? — спрашивает Кай.

— За полсотни километров. По проселочным дорогам это несколько часов. Можете поспать, если хотите.

— И куда потом полетим?

— Это вам у Ксандера надо спросить.

— У Ксандера?

— Да, у того высокого парня с серебристыми волосами, который всеми нами здесь командует. — Наш новый знакомый усмехается, а мне не по себе. Они только что выступили в роли спецназа, понесли потери сами и перестреляли кучу людей, а его это как будто не трогает.

А еще они называют Алекса — который вообще-то Александр — Ксандером.

И Келли — то есть Дженна — знала его как Первого. Алекс — Ксандер — Первый. Один в трех лицах?

— Кем это вами? Можете уточнить? — спрашивает Кай.

— И это вам тоже надо спросить у Ксандера.

Мы с Каем переглядываемся. Я задаю еще несколько вопросов — в том же направлении, но в другом оформлении — и даже осторожно применяю ментальное убеждение, но безуспешно.

Расспрашиваю водителя, а сама думаю: не пытаюсь ли я избежать ответа на вопрос, заданный ранее Каем?

Расскажи мне все. Просьба вполне обоснованная в данных обстоятельствах. У меня самой вопросов накопилось множество, и я хочу получить на них ответы: где он был, что с ним случилось, как он нашел нас. И кто такая Фрейя? Они явно близки, это чувствуется.

Но все это слишком после того другого, что произошло в один этот сегодняшний день, уже переходящий в ночь.

Я вздыхаю, откидываюсь на спинку сиденья, устраиваюсь поудобнее и закрываю глаза. Чемберлен растянулся отчасти на моем колене, отчасти на сиденье, до самой дверцы, и его негромкое урчание напоминает мне, что и я тоже устала.

Кай?

Да?

Поговорить есть о чем, я знаю, но сейчас у меня просто нет на это сил. Давай просто побудем вместе, а? Ты и я.

Секундой позже его рука ложится на мое плечо. Он гладит меня по волосам, и мысли начинают прыгать, хотя память переполнена мучительными видениями и картинами, беспорядочно проносящимися перед внутренним взором, пока я не забываюсь беспокойным сном.