Решение Корозова обескуражило Анастасию, но она не показала вида. Маргарита была удовлетворена. Рассчитавшись за обед, Глеб направился к выходу. Девушки, бросая друг на друга пренебрежительные взгляды, последовали за ним, мешая охране и стараясь опередить одна другую. До офиса было недалеко, поэтому Глеб отправился пешком. Шел по тротуару с суровым видом, не разговаривал, не смотрел по сторонам, не замечал пешеходов. В голове крутились мысли об исчезнувшем из магазина подпольном товаре. Девушки, каждая по-своему, сначала попытались разговорить его, но, в конце концов, отступились, видя, что он не расположен к уличному разговору. Подойдя к дверям фирмы, Корозов посторонился, пропуская девушек вперед. Маргарита шмыгнула первой. Анастасия раздраженно посмотрела ей в спину, вспомнив, что когда-то, начав работать у Василия Даршина, она вот так же стремилась опережать его, забегая вперед. Но всему свое время. Василий — отыгранная история. Впрочем, и Аркадий — история несвежая, он под ее крепкой пятой. А вот с Корозовым, видимо, придется повторить прошлый опыт с такой беготней. Хотя, как знать. Перед дверью она сделала вид, что оступилась. Ойкнула, припала на колено. Охранник Глеба подхватил ее, но она отстранилась от него и оперлась на протянутую руку Корозова. Вцепилась в нее. Охранник проворчал:
— Ты чего на ровном месте спотыкаешься?
— Каблук поехал, — буркнула она.
— Меняй босоножки на калоши, в них нет каблуков.
— Обойдусь без советчиков!
Пройдя по коридору первого этажа, они поднялись на второй. Анастасия продолжала держаться за руку Глеба, слегка прихрамывая, делая вид, что подвернула ногу. Отпустила его руку лишь тогда, когда подошли к двери в приемную. Маргарита уже сидела за своим столом с улыбкой на лице, как ни в чем не бывало, как будто не отрывалась от этого стула с самого утра. Деловой вид и полная лояльность к посетителям. Глеб сразу прошел в кабинет. Анастасия юркнула за ним, краем глаза следя за конкуренткой и торжествуя, что утерла той нос. Закрыв за собой дверь, сказала:
— Не обязательно было топать сюда. Можно было и в кафе поговорить.
Разумеется, для нее было бы лучше, если бы Глеб выпроводил из кафе Маргариту и остался с нею вдвоем. Там простора для действий больше, а тут за дверью сидит конкурентка и как будто дышит в затылок.
— Для серьезного разговора — серьезное место! — ответил Глеб, проходя к столу и усаживаясь в рабочее кресло.
Посмотрев на него с разочарованием, она опустилась на стул. Корозов положил руки на столешницу, наблюдая, как Анастасия разглаживает белую юбку. Она делала это так, точно смаковала, получала удовольствие от этого поглаживания. Хмыкнув, Глеб перевел глаза на ее лицо, серьезно произнес:
— Ну а теперь, когда мы уже на месте, и нет никаких посторонних свидетелей, выкладывай, с чем пришла. А на секретаря ты напрасно ополчилась. Она старается быть полезной на своем месте. Да что я тебе говорю, ведь ты сама хорошо знаешь ее работу. Надеюсь, не забыла еще.
— Я ничего не забыла, — подтвердила девушка и сморщила нос. — Перевидала много таких полезных! Насквозь их вижу.
Засмеявшись, Глеб беззлобно сказал:
— Не стоит всех судить по себе.
Видя, что сболтнула лишнее, Анастасия, чтобы сгладить впечатление от своих слов, пустилась в длинное пояснение:
— Ах, вы ничего не поняли! Я никого не сужу по себе. Я на всех смотрю со стороны. Ведь это, как в театре. Только нет сцены и нет настоящих актеров. Но актеры играют роли, изображая других людей, а тут люди сами проявляются, как актеры, играют самих себя. И лучше всего наблюдать женщин. Особенно тех, в чьих жилах течет кровь интриганок. Я не понимаю, как можно быть интриганками. Нет, я этого не могу принять. Когда я чувствую это в других женщинах, меня просто бесят они. И тут я ничего не могу поделать с собой. Я, конечно, не ангел во плоти. Как все нормальные девушки бываю разной, но не опускаюсь до уровня интриганки, — глаза ее скользили по Глебу, по столу, по стене у него за спиной, по окнам.
Слушая ее, Корозов подавлял в себе усмешку, думал, как одинаковы женщины, когда хотят унизить предполагаемую соперницу. Для него было очевидно, что между Анастасией и Маргаритой пробежала кошка. Их взаимная неприязнь била в глаза. Все так смешно и нелепо. Действительно, театр. Он приподнял руку, привлекая рассеянное внимание Анастасии:
— Оставим это, — прервал, наконец, ее. — Мы, похоже, сильно отклонились от главного. Давай о деле.
Рассеянность убралась с лица девушки, она, словно собирая мысли в кулак, чуть напряглась, решая, как лучше начать, и с задумчивым, серьезным видом заговорила:
— Сегодня утром, когда Аркадий сидел в ванной, а я еще нежилась в постели, на тумбочке зазвонил его телефон. Я взяла и услышала незнакомый голос, который потребовал передать телефон Аркадию. Я сразу поняла, что звонил тот, кто угрожал ему. И даже не подумала нести телефон в ванную. Сама заговорила с этим неизвестным, помня, что вы дали мне задание наладить контакты с ним.
