Кольца Афродиты полностью

Лео отметил, что Беатрис впервые назвала его по имени. Правда, время для этого было дьявольски неподходящее. Он слышал топот ее шагов позади себя.

Из подлеска впереди послышались приглушенные ругательства.

— Стой, чертова кляча!

Лео услышал цокот копыт и понял, что у него больше не осталось шансов настигнуть беглеца. Он резко остановился.

Выскочив из-за кустов, Беатрис натолкнулась на него.

— Уф! Господи Боже! Что происходит, сэр? Что вы увидели?

— Мужчину. — Лео повернулся и поддержал ее. — Наблюдал за нами. — На мгновение вид Беатрис, ее разрумянившиеся от бега щеки, сбившаяся набок модная шляпка заставили его отвлечься от мыслей о беглеце. — К сожалению, — после некоторой паузы добавил он, — этот тип был довольно далеко, и мне не удалось догнать его.

— Вы сказали — он наблюдал за нами? — Беатрис машинально поправила шляпку, вглядываясь в кусты. — Может, случайный прохожий? Какой-нибудь любопытный мальчишка, который испугался, когда вы бросились за ним?

— Нет. — Лео продрался сквозь кусты и увидел место, где некоторое время назад находилась лошадь. Затем изучил место, где стоял наблюдатель. На земле остались отпечатки мужских сапог. — Не думаю, что он оказался здесь случайно. В эту часть парка редко заходят гуляющие. Кто бы он ни был, топтался он здесь достаточно долго.

Беатрис разглядывала истоптанную сапогами площадку.

— Вы думаете, что кто-то целенаправленно ехал за нами?

— Не знаю. Но одно бесспорно…

— Что именно?

— Он видел, что вы встречались с владелицей борделя, Ваш блистательный план о встрече инкогнито полетел ко всем чертям, Беатрис. Мы можем надеяться лишь на то, что ваша репутация не будет поставлена под вопрос по крайней мере в течение часа.

Беатрис еле заметно улыбнулась:

— Если мое доброе имя будет столь быстро запятнано, может, вам лучше аннулировать приглашение в театр?

Столь пренебрежительное отношение Беатрис к тому, что произошло, взбесило Лео. Героическим усилием воли он сдержал свой гнев.

— Я Безумный Монах, — напомнил он. — Сомневаюсь, что высший свет сочтет меня более эксцентричным, чем обычно, если я стану сопровождать в театр женщину с запятнанной репутацией.

Репутация Беатрис продолжала оставаться незапятнанной и на следующее утро. Лео, сидя в кресле перед камином в кофейной комнате своего клуба и размышляя об этом, испытывал разноречивые чувства.

С одной стороны, он с облегчением узнал, что на доброе имя Беатрис не пала тень, во всяком случае, пока. Но, с другой стороны, этот факт заставил сделать малоприятные выводы: человек, наблюдавший за встречей Беатрис и мадам Вертью, по всей видимости, имел свои причины хранить молчание.

Большую часть ночи Лео пытался решить, что это за причины, однако так и не пришел ни к какому выводу.

Он приехал в клуб, чтобы обогатиться дополнительной информацией, но пока что узнал мало. Лео посмотрел на стоящие в углу высокие часы. Он обещал Беатрис встретиться в книжной лавке Хука через полчаса.

Лео извлек из кармана письмо от своего сына Карлтона, полученное утром, и развернул его. Во время чтения до него доносились приглушенные разговоры и звон кофейных чашек.

«Утром посетили еще несколько древних развалин. Уильям настаивает, что каждую из них надо зарисовать. Должен с сожалением признаться, что постепенно они все начинают мне казаться одинаковыми. Один разрушенный древний храм не отличишь от другого.

В обед Пламмер затащил нас еще в одну галерею. Уильям заявил, что некоторые из картин (особенно изображающие обнаженных богинь) весьма интересны. Я согласен с ним в отношении богинь. Однако убежден, что если меня принудят восхищаться еще одним пейзажем или еще одним изображением святого в ниспадающих одеждах, окруженного пухленькими херувимами, то я скорее всего умру от скуки.