Я повернулся и увидел сенатора, смотрящего на картину. При моем повороте он переключил внимание на меня; взгляд его был спокойный, уверенный, цепкий.
— Я не берусь судить о том, чего не знаю, но высказываю свое мнение, — заметил я, обращаясь к нему.
— А вы знаток? — усмехнулся он.
— Во всяком случае, отличить школу могу, также как, и преподнести.
— А вы кто? — спросил он заинтересованно.
— Гость, — скромно ответил я. — Жан Марше.
— Француз! И что вас привело сюда?
— У меня здесь бизнес, но не имеющий отношения к искусству.
— А основная деятельность?
— Экономическое и политическое прогнозирование. А искусство — хобби.
— Это тоже интересно. Но дорогое у вас хобби.
— Не дешевое, но надо уметь из пока не дорогого сделать признанное и дорогое.
— И вы это умеете?
— Думаю, навыков не потерял.
Сенатор внимательно посмотрел на меня, прикидывая, пригожусь ли я ему, и видимо решив, что ничем не рискует, спросил:
— Давно из Европы?
— Несколько недель.
— Фил Моррис, сенатор, — представился он. — Если вы, с ваших слов что-то понимаете в искусстве, то уделите свое время мне.
— Если смогу.
Он повернулся к своему помощнику: — Запиши номер телефона господина Марше, и потом мы обсудим возможное время встречи, — и снова повернулся ко мне. — Вы не возражаете, если вам позвонят?
— Но я не эксперт.
— Я это понял. Посмотрите мои картины дома. У вас возможно свежий взгляд.
— Возможно.
— Мы договорились?
— Я не возражаю.
Он попрощался и направился дальше, помощник, задержавшись, записал мой телефон и поспешил догонять начальника.
Для вида я пробыл на выставке еще с полчаса и покинул ее, направляясь домой.
На другой день я обратил внимание Кейт, что если меня будут искать из приемной сенатора Фила Морриса, то она должна меня найти, где бы я ни был.
— Прямо везде?
— Хоть в постели, хоть в ванной.
При разговоре присутствовал Майкл и вступил:
— Не провоцируй даму, она же не будет дежурить у тебя в постели?
— Это уж как получиться.
У нас сложились хорошие отношения и все поняли шутку.
— Я не прогадал, — радостно сделал вывод Майкл. — У меня нюх на деньги, и я рад, что уговорил тебя приехать, я чувствовал, что с тобой можно иметь дело.
— Только не простудись, иначе нюх потеряешь. Берегите его Кейт.
Я навел справки и узнал, что Фил Моррис занимался внутренними вопросами страны, а точнее денежной ее составляющей, явного прямого отношения это ко мне не имело, но деньги за что-то проплачиваются. Через него, я мог познакомиться и с другими интересными личностями. Любое знакомство на таком уровне было очень полезным.
В конце мая мне позвонили от сенатора и спросили, могу ли я приехать на уикенд в Гривич в субботу во второй половине дня. Получив согласие, по голосу я узнал, что звонил помощник, что записывал мой телефон, он поинтересовался, на чем я поеду, и, получив ответ, что поездом, заверил, что меня встретят на станции, после трех часов.
Вот так вот. В любом деле нужно усердие, умение ждать, но и без случайностей не бывает. Можно много времени потратить на возможность входа туда, куда очень хочется попасть, а можно познакомиться, хотя в моем случае это вряд ли случайность, и попасть в нужный круг быстрее.
Обычно выходные я проводил в городе, работал, гулял по Центральному парку, в чем была даже необходимость, пару раз был в гостях у Майкла, познакомился с его семьей.
Поездка попадала на первую субботу лета. День выдался солнечный и утреннее солнце, с утра заливало комнату, извещая, что день будет жарким. Позавтракав у себя дома, я не стал строить планы относительно встречи, так как не знал, кто там будет, и что вообще будет происходить.
Вначале четвертого я сошел на небольшой станции; машин было не много, и одна явно выделялась среди других своей новизной и дороговизной. Я подошел, назвал себя, водитель положил сумку в багажник и мы отъехали от здания вокзала.
От станции мы ехали по асфальту, но вскоре свернули на второстепенную, покрытую гравием дорогу. Она была извилистой и проходила между деревьями, крона которых утопала в листве, сквозь которую редкие лучи солнца пробивались до дороги. Машина подъехала к отрытым воротам, столбы которых были увиты плющем, и мы въехали на территорию, где моему взору открылась усадьба. Как только водитель остановил машину у подъезда, из двери дома вышел мужчина и замер, следом вышел Фил.
— Добрый день, Жан! Рад вас видеть в своем скромном жилище, — приветствовал он, как только я вышел из машины.
— Скромность вас точно украшает, — ответил я. Конечно, возможно я был не прав, и надо было быть более скромным при разговоре, но здесь не кабинет, да и отношения лучше выстраиваются в непринужденной обстановке. В высших кругах оценят, что ты не человек второго сорта, да и не был я его подчиненным.
— Билл, — обратился он к стоящему на ступеньках мужчине, — отнесите вещи Жана в его комнату.
Водитель достал из багажника сумку и передал Биллу.
— Вы не устали? Здесь не далеко ехать.
— Даже не успел.