Я кивнул головой.
— Но это могут сделать и другие.
— Могут, но не все так просто. Если у них нет своего соглядатая, а такого если и не было, то должен появиться, узнать его трудно. Манеру знать. Опыт нужен. Им самим светиться — привлечь внимание, а явного у них ничего нет, только присматриваются. Сам понимаешь, что если ты не знаешь, то я не скажу.
— Меньше знаешь — лучше спишь.
— Верно, но продолжим. То, что я предлагаю можно считать авантюрой, а можно и считать высшим пилотажем.
И я объяснил ему суть операции, которую предлагаю Центру.
— Детали опускаю, — пояснил я в конце. — Их отрабатываю только при разрешении. Вмешиваться мне не надо. Сам буду только наблюдать.
— Не знаю, — потер Алексей переносицу, — согласиться ли руководство. Очень все нестандартно.
— Потому и более реально. Важно насколько ценен человек.
— Ценен, иначе меня не прислали бы.
— Тоже верно. И так, что мне требуется, так это согласие и точная информация. Когда я все подготовлю, дам знать, на время проведения операции никакой связи не будет. Я затихаю. Да, если будет согласие, то информация, что меня интересует должна быть передана быстро. А того я предупрежу.
— Как?
— Не забивай голову. Не бойся, себя не подставлю, и не учите меня жить.
— Материально тебе тоже помогать не нужно.
— Это верно.
Алексей пил пиво. Отпив, он чуть задумался: — А может быть ты и прав; я, выслушав тебя, стал проникаться, что это может сработать.
— Знаешь, я назвал их действия «Кольца Анаконды», — и пояснил почему.
— А что, похоже. Силен ты на выдумки.
— А иначе не сидел бы здесь. Ты понял мое предложение, теперь тебе надо его донести. Ты давно приехал?
— Два дня назад.
— Когда уезжаешь?
— Завтра.
— Где был?
— Да нигде, в офисе был.
— Глупо. Ты должен был мотаться по городу, командировка краткосрочная, а значит, магазины никто не отменял. А ты вдруг сидел и поехал в другой конец, зная дорогу. Это привлекает внимание. Теряете вы хватку сидя в кабинетах. Ладно, будем проверять и, возможно, исправлять ошибки. Через три дня я начну проверять сигнал. Да и вообще могут быть иные предложения?
— Посмотрим.
— Сейчас я выхожу и иду вдоль улицы, ты выходишь и едешь за мной, через пару кварталов тормозишь, и я сажусь в машину, — не перебивай, сказал я, увидев его попытку. — Посмотрим, есть кто за тобой. В машине ни слова, могут записывать. Ты этот район знаешь?
— Знаю.
— Тогда покружишься, а потом въезжаешь в район одноэтажек, где я быстро выхожу. Понял?
— Понял.
Он не задавал лишних вопросов. Если его даже и спросят, кто это был с ним в машине, скажет что подвез соседа по столику. И все, предъявить нечего.
Я допил виски и направился к выходу. Выйдя, свернул направо, чтобы не идти в сторону кафе, где был до встречи. Через пару кварталов рядом остановился Алексей, и я быстро сел на переднее сиденье. Едва он отъехал, я оглянулся. Было спокойно. Машины были, но, ни одна не привлекала внимания. Алексей знал, что нужно делать и начал кружить по улицам, и вот здесь я заметил слежку. Значит, все-таки хвост был. Я догадывался, что мог быть. Он въехал под чужой фамилией, ну даже если его не знали, кто он на самом деле, то перестраховались, слишком краткосрочная поездка у него.
Я моча указал ему назад, и он понял мой жест. После этого он поехал в район, куда я ему сказал. Когда он свернул на одну из улиц, я выпалил:
— Здесь.
Он остановился, и я быстро вышел из машины, направляясь к стоящему дому. Машина отъехала, набирая скорость. Когда я подошел к дому, то услышал, как останавливается машина и понял — это за мной. Они понимали, что предъявить водителю нечего и лишь проследят, куда он поедет, а куда он мог поехать, как не в офис. А вот я был интересен, так на всякий случай. По звуку шагов стало понятно, что преследователей двое, и они даже не пытались меня окликнуть, догадались. Их машина отправилась за машиной Алексея. Это плохо. Я ускорил шаг и вошел во двор, резко обогнул дом и пошел не прямо, а свернул налево, так как если прямо, то следующий дом выходил на параллельную улицу, где я буду на виду. Быстро перепрыгнул через небольшую изгородь из кустов и побежал. Хоть и был уже не так молод, но тренировки не пропали. Вступать в схватку я не собирался, парни могли оказаться тренированными не хуже меня, нельзя недооценивать противника. Я перелезал через заборы и услышал, что за мной бежит уже один, значит, второй побежал вдоль улицы, так быстрее и вскоре выйдет мне навстречу.
В одном из дворов я свернул во двор стоящий справа, ближе к параллельной улице. Забор там был выше и я, с разбегу ухватившись за верх, сделал на руках сальто, опустился на траву. И вот здесь меня ждала новая встреча. На меня смотрела большая овчарка. Она еще не успела залаять от неожиданности моего появления, но весь ее вид говорил, что намерения у нее не добрые и вот-вот сорвется на лай. Не знаю, можно считать это чудом, но это факт. Во мне проснулся какой-то звериный инстинкт самосохранения, и я, глядя ей в глаза, прошептал:
— Тихо. Молчи.