И она готовая броситься на меня и объявить всем о моем присутствии, не издала ни звука. Овчарка была на цепи, и позади нее метрах в трех я увидел большую будку. Подчиняясь одним инстинктам, отключая разум, я ринулся в нее и замер там. Собака подошла к будке. В это время сзади нее снова раздался звук, она обернулась, и тут дала волю своей собачьей преданности хозяевам. Я услышал, чужой голос, вероятнее преследователя, и замер, чтобы ни малейшим шорохом не выдать себя:
— Тихо, тихо. Хорошая собачка.
Но она заливалась лаем, что привело во двор второго преследователя.
— Где он, — спросил, не обращая внимания на лай.
— Не знаю. Перемахнул через забор, словно атлет, мне же потребовалась лестница.
В это время я услышал третий голос: — Ну, что тут у вас?
Вот все и в сборе. Значит, они позвонили водителю, чтобы он прекратил слежку за Алексеем и выехал на параллельную улицу, чтобы видеть меня, если я выйду.
— Что, что! Исчез! — сообщил первый. — Перемахнул через забор и пропал.
— А в соседних дворах?
— Я шел на перехват, а ты был на улице.
— Тогда он мог также перемахнуть через забор справа, пойдя в обратном направлении.
— Умный да? Перемахнул, сделал несколько шагов и снова перемахнул, заодно и через собаку. Как забор с улицы?
— Там низкий, — ответил третий, — и я никого не видел. А ты был слева?
— Да, если бы он пошел в моем направлении, я бы его увидел.
Все это время собака заливалась лаем. Весь их разговор я слышал, не напрягая слух, да и говорили они, не тихо, чтобы перекричать лай. Я видел только ноги, они стояли так, чтобы она не могла их достать.
— Посмотрим в доме?
— И как будешь объясняться, если там кто есть?
В это время я услышал звук открываемой двери и мужской голос.
— Вы кто такие? Что здесь делаете? Я слышу, Лайма заливается, разбудила. А ну-ка давайте отсюда, а то сейчас спущу с цепи.
— Подождите, успокойтесь. Вот мои документы. Мы ищем одного мужчину, он заскочил в ваш двор.
— Тихо, Лайма, — сказал хозяин собаке, и та, замолчав подошла к будке, и села загородив меня. Ай, спасибо, мысленно поблагодарил я ее. Хозяин видимо посмотрел документы.
— Что вы хотите?
— Можно мы осмотрим ваш дом и двор?
— А дом что смотреть?
— Вы спали и могли не услышать, как кто-то вошел.
— Лайма сразу бы предупредила, но посмотрите, только в моем присутствии.
— Вы двое осмотрите двор и соседние дворы, а я в дом, — сказал второй. Снова раздался звук открываемой двери и водитель сказал: — Давай осматривать, ты правый, а я левый. Задний смотреть нет смысла, ты оттуда пришел, а левый он мог и пропустить. Обойди вокруг дома, а я пока подожду здесь, а потом посмотрим сарайчик.
Оставшись один, он обратился к собаке: — Ну что? Видела кого? Покажи! И стал приближаться к ней. — Хорошая Лайма, — но та зарычала в ответ и встала, тот счел разумным отойти на безопасное расстояние.
— Никого нет, пошли.
Я услышал звук открываемой двери и вскоре голоса.
— Нет ничего. Сарай и сарай.
Лайма, видя, что хозяин не давал команды, тихо сидела и наблюдала за ними. Затем они пошли осматривать ближайшие дворы, хотя понимали, кто же их там будет ждать. Я продолжал сидеть. Вскоре все трое снова собрались здесь же.
— Испарился.
— Я в чудеса не верю. Либо он успел проскочить в другие дворы, либо нашел место в доме, где я не мог его увидеть, досконально проверять можно только с обыском, а я так, прошел по комнатам.
— Тогда пошли?
— А что еще остается, вы, если что, сообщите, — обратился главный к хозяину, который, как я понял, стоял в дверях.
— Сообщу, только откуда он возьмется, Лайма предупреждает обо всех чужаках.
— Ладно, пошли, — и я услышал удаляющиеся шаги.
— Молодец Лайма, — сказал хозяин, — вечером дам тебе кость, — и ушел.
Конечно молодец, — подумал я про себя, — чувствует опасность другого. Ждать когда хозяин принесет кость, мне не было смысла, у меня другой рацион, но и уходить сейчас нельзя. Наверное, есть во мне что-то собачье, — мелькнула мысль, — если она меня не выдала. Скорее всего от бездомной и она мне посочувствовала. Скитаюсь по миру, своя конура часто пуста, потомства нет, вот и пожалела.
Я просидел в конуре около двух часов. Когда вылез, Лайма подошла ко мне и обнюхала.
— Спасибо тебе, Лайма, — произнес я, и погладил ее по голове, на что она не высказала неудовольствия. — Хорошая ты защитница. Извини, что временно занял твой дом и отблагодарить тебя нечем, и прийти не смогу к тебе в гости. Пора мне.
Я снова погладил ее и пошел вокруг дома на улицу. Осторожно обогнув дом, я выглянул, перед домом было чисто. Пройдя несколько метров по улице, я осмотрел себя, отряхнул джинсы и побрел к перекрестку, до гостиницы добирался пешком, так как весь пропах собакой сидя в будке, а обращать на себя внимание таксиста запахом, в мои планы не входило.
Я снова пришел в ту гостиницу, вошел через черный ход, который после себя запер и поднялся в номер. Снял усы, умылся, снял царапину, принял душ, переоделся. Положил вещи в сумку и вышел, сдав ключи.
— Осторожно район не спокойный.
— Спасибо.
— Если придете поздно, звоните.
— Понял.