Но сегодня стражник скучал – ввиду дождливой погоды никто не ехал из Верфена в крепость, на дороге весь день пустынно. С утра, когда разнеслись слухи о болезни графской невесты, провезли в замок городского аптекаря, потом старый лис промчался через мост обратно в город. И чего так торопился, промокнуть боялся, что ли? Честные люди, кто простым ремеслом занимается, так не бегают. Не любил стражник докторов, всех считал колдунами и шарлатанами.
Ведь если разобраться, кого винить в людских хворях? Караульный вздохнул, прислушиваясь к себе. За ужином после охоты угощали вином, и он хватил лишнего. Оттого и голова сегодня тяжелая, и настроения нет. Хочешь быть здоровым – ешь да пей поразборчивей, не мечи в себя все подряд, а остальное от Господа нашего, принимай с благодарностью.
Площадку продувало, и стражник плотнее запахнулся в грубую шерстяную накидку. Если не считать аптекаря, за целый день живой души не видно, только стая воронья с утра кружится со стороны Южной Башни, как сменят, надо бы взглянуть, чего они там нашли. Вот подлые твари, ничего не боятся – графские питомцы всех мелких птиц давно поразогнали, а этим хоть бы что, летают себе.
Смирившись с тем, что дежурство не принесет ничего интересного, стражник вглядывался в подножие Южной башни. Следя за воронами, он упустил момент, когда створка внутренних ворот приоткрылась. Женская фигура в плаще с низко надвинутым капюшоном стремительно пересекла террасу. Незнакомка успела приблизиться, только тогда звук легких шагов достиг ушей караульного. Стражник обернулся и заученно выкрикнул:
– Стой!
От неожиданности окрик получился громким, девушка испуганно замерла, а потом резким движением откинула капюшон:
– Мне нужно в Верфен, у меня срочное дело.
«И эта торопится. Что за день сегодня!» – про себя отметил караульный, а вслух почтительно произнес, пропуская:
– Да, госпожа.
Опыт долгой службы не советовал чинить препятствия господским персонам. Приехавших со свадебным кортежем стражник знал в лицо и немало изумился, что подруга невесты покидает замок без сопровождения и пешком. Но поскольку приказа останавливать выходящих из крепости караульный не получал, то лишь отсалютовал торопливо миновавшей его Катарине, а потом долго озадаченно смотрел вслед, пока фигура в длинном плаще не скрылась за поворотом на Верфен.
Катарина почти бежала по дороге. Ведь если она не ошибается, то аптекарь от страха вполне мог покинуть Верфен, и тогда придется попрощаться с надеждой пролить свет на неожиданную болезнь Лауры. А заодно и с надежной вылечить ее.
То, что она вышла одна из замка, дело не только рискованное, а после нападения в лесу и опасное. Даже сейчас при одном воспоминании Катарину обдало холодом, а ушибленный бок немедленно напомнил о себе тупой болью – мол, ударила меня вчера, не забыла?
Флориан так и не объявился, другие попутчики второпях не попались, и в Верфен пришлось идти одной. Отсутствие Пажа вызывало беспокойство, неприятные мысли потихоньку заворочались в голове, не выходя на передний план, но неприметно досаждая слабыми пока уколами. Заглушив нехорошие предчувствия, Катарина сосредоточилась на наиболее важном, как ей казалось, деле – поскорее добраться до Верфена и не упустить аптекаря.
Если Лаура отравлена, то обычные лекарства от расстройства желудка вряд ли помогут. Нужны противоядия, и Катарина пребывала в уверенности, что пройдоха-аптекарь знает о болезни графской невесты гораздо больше, чем говорит. В замок знахаря вызвали внезапно, аптечная сумка могла не содержать нужных снадобий, но причину недомогания старик определил – в этом Катарина не сомневалась! Объявить открыто о преступлении аптекарь побоялся – тоже понятно, но в Верфене Катарина заставит найти нужное средство, даже если понадобится влить в негодяя все сиропы из аптечной сумки. И пусть стражник сколько угодно смотрит ей вслед – спину буравил пристальный взгляд, пока не свернула за поворот, – надо спасти Лауру, а после этого она как-нибудь сумеет объяснить запрещенную прогулку.
Ходить пешком или ехать в удобной карете или хотя бы на лошади – совсем не одно и то же, разница становится заметной очень быстро. Сначала Катарина долго спускалась с холма в долину, потом раскисшая дорога запетляла среди полей. Изредка попадались одинокие домики, голые ветви садовых деревьев протянулись из-за невысоких заборов, цветники у аккуратных крылечек чернели непрогретой землей. К тому времени, когда показалась окраина Верфена, девушка изрядно устала и замерзла. Несколько прохожих спешили по своим делам, кто-то заинтересованно оборачивался вслед. На главной площади торговали с телег крестьяне из окрестных деревень, городские лавки открытыми витринами зазывали покупателей.
Катарина остановилась у прилавка с накрытыми от дождя мисками с творогом и сыром. Привлекать внимание вопросами не хотелось, но выхода не было. Старуха-торговка ткнула кривым пальцем в сторону уходящей влево улицы: «Третий дом от угла, сразу за постоялым двором, сама увидишь», неодобрительным взглядом проводила одинокую девицу:
