Всем скопом они двинулись по дороге, ведущей к Заречью вдоль трактира, к его главным воротам, ведущим во двор.
— Заперты! — сказал стражник, идущий впереди всех.
— А и правда, — откликнулся другой. — Надо было через дом.
Они уже развернулись, чтобы идти назад, к главному входу в трактир, как Илья воскликнул:
— Да некогда идти! Их же убивают там! Мне Мирон велел!
Все мужики уставились на него. Кто-то с интересом, а кто-то задумчиво и с подозрением.
— Ломайте! — велел решительный сыскарь.
Стражники навалились на ворота плечами и засов, изнутри закрывающий ворота, треснул. Створки распахнулись.
Ступив во двор, один из стражников присвистнул:
— Там кто-то лежит!
— Да говорю же вам… — начал Илья, но глава стражи перебил его, начав командовать.
Илье и двоим стражникам приказали оставаться возле ворот, а остальные двинулись во двор. Решительный сыскарь посмотрел на своего товарища — рослого дылду:
— Дрозд! Смотри за ним!
«Это плохо! — думал Илья. — С троими справится трудно, и если они поднимут шум, то и все остальные бросятся сюда! Что же делать?»
Между тем стражники во дворе уже копошились возле лежащих тел. Звучали удивленные и тревожные голоса. Начальник что-то крикнул в сторону ворот и двое стражников рядом, сорвавшись с места, побежали на зов.
«Вот он! Мой шанс!» — еще не веря в удачу, подумал Илья.
Между тем, сыскарь рядом с начальником стражи тоже посмотрел в сторону ворот, тихо свистнул и махнул рукой. Идите сюда, мол…
Дрозд толкнул Илью:
— Шагай.
Тот двинулся вперед и тут же заметил, что позвавший их сыскарь уже отвернулся и двинулся к трупу, лежащему возле входа в подвал.
Сделав несколько шагов, Илья ногой резко врезал идущему рядом парню между ног.
От боли тот даже не вскрикнул, а только пискнул, вдыхая вытянутыми губами воздух. Еще один рубящий удар по шее и сыскарь молча повалился на траву. Не мешкая, Илья быстрым шагом выскользнул за ворота…
Оказавшись на пустой дороге, вне видимости стражников и сыскарей, парень бросился бежать. Через несколько минут бешеного бега, когда впереди показались распахнутые ворота поселка, он на бегу обернулся и не увидел погони.
«Повезло мне! Успеть бы добежать до дома, переодеться, и…», — подумал Илья и тут же услышал стук копыт.
Не успев испугаться, он тут же сообразил, что звук идет навстречу, из поселка. В воротах показался всадник, выезжающий на дорогу.
— Илья! Ты что ли? — крикнул тот и Илья узнал мужика по кличке Чебак, который также работал на Горбыля и часто использовался стариком, как посыльный.
— А, Чебак! Ты куда собрался, посреди ночи?
— Важная депеша! — рассмеялся мужик. — Ты-то чего так поздно?
— Да дела были.
Всадник подъехал вплотную и остановился. Илья быстро оглянулся. На дороге рядом никого.
— Слушай, Чебак, что я скажу.
Мужик наклонился, и Илья тут же схватил его за рубаху и резко рванул вниз.
— Ты-ты-ты… — забормотал ошеломленный мужик, слетая с лошади на землю.
Больше он ничего произнести не успел, ибо Илья вырубил его ударом по шее. Подхватив тяжелое тело, парень быстро поволок его в ближайшие кусты. Оставив его там, вернулся на дорогу, открыл сумку и, не считая, вытащил оттуда полную горсть монет, заметив только, что были среди них и весьма крупные. Вернувшись к бесчувственному Чебаку, Илья высыпал деньги тому за пазуху.
Чебак — мужик хороший, и на душе стало мерзко, что пришлось так с ним. Но когда тот очнется и найдет деньги, то вряд ли сильно обидится за такое обхождение.
Вернувшись на дорогу, Илья подхватил мешок и взобрался в седло, направив лошадь в поселок.
Проскакав пустыми улицами, он подъехал к своему бараку. Привязав лошадь к штакетнику, и держа в руках мешок, парень подбежал к входной двери. Быстро огляделся и, не заметив на улице ничего подозрительного, зашел в дом. В длинном полутемном коридоре, что тянулся через весь барак, никого.
Беззвучно подойдя к своей двери, Илья остановился. Все последние дни, уходя из жилища, он оставлял на двери особые метки, потому как подозревал, что в его отсутствие сыскари произведут обыск.
Рядом с дверью, на стене висела масляная лампа, освещавшая коридор. В ее свете Илья заметил, что все метки были на месте — дверь не открывали. Поставив на пол мешок, он отпер ключом дверь и, держа наготове нож, подобранный у мертвого сыскаря, согнувшись, вошел в комнату. Внутри тихо. Убедившись, что тут никого нет, парень запер дверь, зашторил окно, зажег лампу на столе и стал собираться.
Быстро вытащив из шкафа одежду, он сменил штаны и куртку, а также надел хорошие ботинки.
Одевшись, он с лампой присел в углу комнаты, вынул из пола несколько досок и открыл свой собственный тайник. На кошельке с кровно заработанными деньгами лежал «сыскной герб» добытый у незадачливого Петрухи. Отправив «герб» в карман, Илья присоединил честно заработанные деньги к украденным сокровищам.
Себя он никоим образом не ощущал ни вором, ни грабителем, справедливо полагая, что взял плату за то, что трактирщик чуть не отправил его на верную смерть. Учитывая, что он не убил Милха, это золото было справедливой платой за ничтожную жизнь подлого негодяя.
