Он устроился возле правой двери экипажа, спиной к вознице. Напротив него сидела очень красивая девушка, лет семнадцати. В другое время Анфим все глаза проглядел бы на симпатичную попутчицу. Но сейчас, после того как в его жизни появилась Глинда, сама мысль о том, чтобы «стрелять глазами» в сторону других женщин, казалась парню кощунственной. Рядом с девушкой восседала строгого вида матрона, как оказалась, ее мать. По соседству с этой парочкой сидел усатый и худой мужчина средних лет.
Рядом же с Анфимом, по его правую руку, сидел жизнерадостный пожилой толстячок с густыми бакенбардами на крупном лице. За ним какой-то молодой парень, по виду студент, который всю дорогу молчал и лишь отчаянно косил глазами на юную красавицу, сидящую напротив Анфима.
Глядя на быстро мелькавшие за окном деревья и километровые столбы, парень похвалил себя за находчивость и настойчивость.
«Вот она, жизнь! — думал с восторгом он. — Я еду, придумываю и использую возможности. Удача сама идет в руки! А что было раньше? Сидел в Заречье в компании дураков и мхом, словно камень, обрастал. Если бы не Илья, то…»
При мысли о товарище Анфим поморщился. Надо было срочно что-то предпринять и как-то дать ему знать про случившееся. На ум вдруг пришла ужасная мысль:
«А может зря я так резко бросился в Аргенир? Может, надо было сперва в Заречье бежать? Глинда дала мне ясное задание, но кто знает, просто ли его выполнить? Тут не лишней будет помощь товарища. Да и вообще, не по-дружески это, бросать Илью там одного, окруженного сыскарями. Тем более, что по справедливости, часть, а то и все деньги в сумке, что сейчас стоит между ног, принадлежат по праву Илье».
Мысли о том, что хорошо бы сойти с дилижанса и отправиться в Заречье, начали точить душу парня. Однако, серьезно обдумать эту мысль Анфим не успел. Усталость после бессонной ночи дала о себе знать, и он уснул.
Проснулся парень после полудня. За прошедшее время попутчики уже привыкли к нему и вели непринужденные разговоры. Говорили в основном мужчины, а мамаша изредка вставляла несколько фраз. Прислушавшись к разговору, Анфим чуть не раскрыл рот от изумления и сразу же навострил уши. Разговор шел как раз о «Ведьмином пустыре»!
Твердо решив узнать как можно больше информации, Анфим вежливо вклинился в разговор, чем доставил большое удовольствие попутчикам. Усатый тут же рассказал ему, что ночью, когда дилижанс остановился на час возле «Треугольника», они и узнали о произошедшем на пустыре.
— Нам вот что рассказали, — говорил усатый. — Какие-то двое парней, совсем еще молодых, вот как вы примерно. Вот они и еще их братишка малолетний, полезли втроем на «Ведьмин пустырь», якобы клад там искать. Ну, а там ведьма! Схватила старших, подняла в воздух и о землю приложила. А младший как-то вырвался, в «Треугольник» прибежал, там все рассказал и в обморок шлепнулся. Ну, народ к пустырю повалил. Нашли они братьев и в трактир их принесли. И вот они там о ведьме и рассказали.
— Да, — кивнула матрона. — Так и было, молодой человек. Я хоть и не ходила внутрь, тут сидела, но и здесь слышала, как конюхи разговаривали.
— Там все об этом говорили, — с жаром утверждал усатый. — И стража, и официанты, и просто народ. Эх! Нам бы там на несколько часов раньше оказаться, мы бы сами этих парней увидели!
Услышав такое, Анфим почувствовал небольшую досаду. Он-то в тайне надеялся, что Глинда разделалась с сыскарями. Сделала из них мокрое место или выбросила прочь, за сотню километров. А оно вот чего… Напугала она их здорово, но они скоро очнутся и наверняка расскажут, что видели его.
«Нет! Правильно я сделал, что поехал в Аргенир. Кто знает, что там за заваруха вокруг „Треугольника“ начнется. Может там где-то рядом тот самый Волчара, которого Илья опасается».
Ясно одно. Надо как можно скорее достигнуть Аргенира, а там сразу же придумать, как отправить весточку Илье.
Между тем, слушая разговоры попутчиков, Анфим с небольшим облегчением узнал, что не все восприняли рассказ про ведьму всерьез. Сосед-толстяк с бакенбардами на круглом лице, вообще отнесся к данному происшествию с юмором.
— Да бросьте вы, — улыбаясь, говорил он усатому. — Это же «Треугольник». Там, что ни неделя, то новая загадочная история.
— Но позвольте! — недовольно скривился его усатый собеседник. — Вы же там были и сами все слышали.
— Да слышал. Но вы ведь не маленький и знаете, как слухи появляются. Как вам вот такая версия? Эти двое парней по какой-то причине сидели возле пустыря и выпивали. И не факт, что хорошее пойло. Там ведь рядом несколько деревень, а вы сами знаете, что в каждой деревне масса умельцев гнать любую бормотуху. И вот они выпивали, а маленького посылали за добавкой. А он, не будь дурак, и сам приложился…
— Но позвольте, — возмутился усатый. — Вы хотите сказать, что они все, в том числе и малыш, нализались до такой степени, что им ведьма начала мерещиться?
