Но стрелять, похоже, никто не собирался. Все продолжали сидеть на своих местах, в комнате было тихо, и лишь из соседнего помещения доносились слабые приглушенные голоса. Когда Сказочник уже взялся за дверную ручку, Герман вдруг заговорил.
– Позволь полюбопытствовать напоследок, ты сейчас куда отправишься?
– На базу поеду.
– Поедешь? А на чем, если не секрет!
«Да, ехать, то действительно не на чем! Ну, ниче, где наша не пропадала!»
«И тут пропадала, и там пропадала!» – опять съехидничал Голос.
«Слушай, хорош меня обсерать, а?!» – обиженно ответил Сказочник.
«Ладно тебе, не дуйся, я же любя!» – оправдался Голос.
– А я пешком пойду! – неожиданно сообразил Сказочник. – Я, знаешь ли, и не в такие переделки попадал! Вот однажды, в лесу…
– Ну, все, хорош заливать. Байками своими лопоухих туристов кормить будешь! А мы с тобой тут серьёзный разговор ведем.
– Да ладно, тебе то какая разница, Герман, что с ним будет, – вмешалась в разговор Зоя.
– Да интересно просто, как он без теплой одежды, еды и снаряжения почти сто километров пройдет, – улыбнулся Герман.
С этой игрой в хорошего и плохого полицейского Сказочника жизнь уже познакомила, и он неплохо знал правила. Но Герман говорил дело, в этом сомневаться не приходилось.
– Да пускай идет, дело то хозяйское! – опять вставила свою реплику Зоя.
– А я щас до деревни дойду, и позвоню на базу, за мной махом машину пришлют! Я все-таки ценный кадр.
Зоя захохотала. Сказочник стрельнул на нее глазами.
– Ну, тогда вперед, ценный кадр, – усмехнулся Герман. – Только вот я очень сомневаюсь, что алтайские ребята так быстро забыли тебе убийство Кольки, помнишь такого? И вряд будут встречать хлебом солью!
– Ты че, я никого не убивал!
– А вот им ты это все и расскажешь! А если вдруг тебе очень сильно повезет, и ты все-таки доберешься до базы, то там тогда и объяснишь ментам, как ты немецкую журналистку похитил ради выкупа, еще и начальника, да что там начальника, весь институт подставил?
– Но это же не я, ты же сам знаешь, что не я! – совершенно искренне возмутился Сказочник.
– Я то знаю, а вот они нет! И представляешь, как у вас научная работа теперь пойдет? Финансирование прекратят, базу закроют, дело заведут… – Герман смаковал последние фразы, будто пил дорогой коньяк, с удовольствием, маленькими глотками.
В комнате снова наступила тишина.
– Что же мне теперь делать? – Сказочник думал, что сказал это про себя, но получилось вслух.
– Садись, расскажу. Спасибо потом скажешь.
– Теперь, я надеюсь, картина для тебя прояснилась, – закончил свой рассказ Герман. – Выходов у тебя в принципе не много, а если быть точнее, то два – либо ты с нами, либо против нас. Но решать нужно прямо сейчас, если решишь уходить, то дверь сам знаешь где, держать мы тебя не станем!
– Э, ну я эта, лучше то конечно с вами.
«Вот, молодец, принял правильное решение!» – поздравил его Голос.
– Вот, молодец, принял правильное решение, – вслед за Внутренним Голосом повторил Герман.
– Ну, раз мы теперь команда, я хочу знать, кто он? – и Сказочник кивнул в сторону того, кого называли шаманом.
– Дед Пихто! – ответил Герман и они с Зоей и тем, кого называли шаманом, хором засмеялись.
– А че ты его тогда шаманом называешь? – Сказочник явно не понял шутки.
Все опять засмеялись. Сказочник смотрел на них с удивлением, не понимая причину их бурной радости.
– Ммм…, да, – наконец сказал Герман, вытирая ребром руки, выступившие от смеха слезы. – Ну, ты блин даешь! Раз я его шаманом называю, значит, он кто?
– А я по чем знаю, шаман что ли?
– Пятерка за сообразительность!
– И че настоящий, что ли?
– Слышь, тут вот человек интересуется – ты шаман настоящий? – обратился Герман к шаману.
– Судить об этом не берусь, поступки скажут за меня. Коль я с задачей разберусь, то настоящим буду я.
«Прямо стихоплет какой-то» – подумал Сказочник.
В воздухе повисла пауза.
– Раз мы все, наконец, решили, то самое время подкрепиться и отдохнуть, нам еще долгая дорога предстоит, – нарушил общее молчание Герман.
– Да, я вот только эта, еще последний вопрос хочу уточнить, – Сказочник вопросительно посмотрел на Германа.
– Валяй.
– А когда мы, эта, Анну то найдем, и заберем ее обратно, что тогда со мной то будет, я вам как бы, эта не нужен стану?
– А вот тогда и решим. Будешь вести себя молодцом и помогать нам, останешься в живых, в город помогу тебе добраться, ну а если самодельничать начнешь, то курумников тут хватает, а там уж медведи и волки постараются, чтоб не осталось следов.
Разговор был закончен. Герман крикнул Костю, и тот принялся быстро накрывать на стол.
Сказочник лежал один в комнате, куда его привел Костя. Связывать его уже не стали, и он лежал, заложив руки за голову. Ему не спалось.
