Земля погибла, и лишь пятеро студентов спасены загадочной расой Древних. Жизнь в межгалактическом Союзе течет мирно и размеренно… Казалось бы спасенные могут прийти в себя и жить спокойно. Но судьба преподносит им новые сюрпризы. Вскоре они оказываются в центре Вселенской игры, которую ведет зловещий Древний. А ведь одна из них, романтичная, но гордая девушка нашла свою любовь. Сумеют ли она и ее избранник сохранить свои чувства в этой игре? И как происходящее ныне связано с тем, что было сотни лет назад?
Эйнар был грустным, как долгий промозглый день. Он стоял на краю обрыва и задумчивым, словно брезгливым, взглядом смотрел вниз. Сегодня он принял тот же облик, что обычно. Длинные золотые волосы рассыпались по плечам, красивое лицо с правильными чертами выглядело мудрым и решительным, мощная высокая фигура как всегда сияла. Но в лице читалась печаль, а фигура казалась одинокой. Ки'Айли еще не ушла, а он уже снова был один, неприкаянный и печальный.
— Ты можешь остаться со мной, — сказал он, грустно взглянув на нее. Это не было разрешением остаться, не было предложением, это было просто констатацией факта. Ки'Айли взглянула вниз, где в облаках тумана крутились планеты, взрывались звезды и метались люди в плотных мирах. Ей было немного страшно. Стоя на краю, она вспоминала страдания, которые пережила там, где все облечено в материю, а души надевают тела, страдают и гибнут вместе с ними.
Бесплотная девушка — она соткала себе облик маленькой зеленоглазой девушки с рыжеватыми волосами, одетой в пышное зеленое платье — боязливо передернула плечами, но тут же взяла себя в руки. Теперь в ней была только решимость… и немного грусти от расставания с Эйнаром.
— Ты знаешь, зачем я иду, — сказала она и запрокинула голову, чтобы заглянуть в лицо высокого спутника. Это тоже было просто утверждение. Она знала, что он знает.
— Знаю, — он снова обратил взор в пропасть. — Ты идешь, чтобы быть с любимым и чтобы закончить начатое. Но это будет тяжело, Ки'Айли… то, что ты видела в своем будущем, исполнено боли. Я не хочу этого для тебя. А я, поверь уж, знаю толк в боли.
Эйнар немного помолчал. Из его глаз вдруг потекли слезы, пробежали вниз, стремясь упасть на бесплотную траву под ногами. Ки'Айли молча поймала их маленькой ладошкой, поцеловала капли на своей коже, потом взяла его руку и тоже прикоснулась губами.
— Ты можешь остаться со мной, — повторил он, перехватил ее руку и заключил в своей большой ладони. Слезы остановились, словно их и не было.
— Я ведь могу стать, как он… — добавил Эйнар, пристально глядя на девушку и не отпуская ее. — Заняться работой, построить нам дом, интересоваться вселенскими делами…
— Ты мог бы стать, а он такой и есть, — мягко ответила Ки'Айли и запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в лицо. — Ты свободный. Помнишь, ты говорил мне — ты ходишь, где хочешь, ты то здесь, то там. Оставайся собой. Ты прекрасен таким. И спасибо, что вернул мне память … Спасибо, Эйнар, за все…
Ки'Айли медленно высвободила руку и сделала решительный шаг к обрыву, понимая, что он в любой момент может передумать. И тогда она не уйдет. Он снова лишит ее памяти и заставит переживать свой собственный сияющий золотой рай и счастье, в котором есть все, кроме одного, того, что ей больше всего нужно. Она бросила на него последний взгляд, послала поток благодарности — лучик света — и шагнула вниз.
— Я буду ждать, — услышала она беззвучный голос. Он говорил шепотом, сквозь слезы, но слова и чувства разнеслись далеко вокруг. А Ки'Айли стрелой полетела туда, где лежало ее будущее.
Эйнар смотрел вниз, куда светлым облаком неслась Ки'Айли. Его фигура разбрасывала сияние, вселяла радость, одаривала светом. Но в душе самого Эйнара царила грусть. Девушку было уже не видно, он почти не ощущал ее, и это было почти невыносимо. Это будило гнев, сколько бы он ни говорил себе, что гневаться не на что. Он инстинктивно сжал кулаки. «Рон'Альд, — пронеслось в его разуме. — Только попробуй о ней не позаботиться!».
— Рон'Альд, Рон'Альд, а чем все закончилось?
Маленький темноволосый мальчик с огромными серыми глазами сидел на коленях у высокого смуглого мужчины и заинтересованно заглядывал ему в лицо. Мужчина был его старшим братом — старше более, чем на тысячу лет, но это его не смущало. Мужчина улыбнулся. У него были черные волосы до плеч и черные глаза. Некоторых эти глаза пугали. Но не младшего брата, который всегда тянулся к старшему.
— А потом, Б'Райтон, я привел изгнанника во дворец и рассказал всем, что он тот, кого так долго искали. Его признали королем и устроили праздник с волшебными фонарями, иллюзорным театром, песнями и танцами. С тех пор он стал править своим народом в мире и благоденствии. И правил, пока ему не надоело.
— А принцесса? — спросил Б'Райтон и зевнул. Истории брата были интересными, но ему все больше хотелось спать. С Рон'Альдом ведь так хорошо, так спокойно. И его глубокий голос прямо-таки погружает в сон.
— А принцесса долго была предводительницей разбойников. Но когда она узнала, что ее любимый жив и стал королем, то приехала к нему, и они поженились.
— Как здорово! — обрадовался Б'Райтон и снова зевнул. Маленькая головка начала клониться к руке брата, но в последний момент Б'Райтон встрепенулся и с надеждой заглянул в глаза старшего. Было кое-что важное, о чем он не хотел спрашивать отца или мать. Это он услышал случайно… А вот спросить брата было можно.
— Рон'Альд, скажи… А это правда, что Древние скоро уйдут, а я останусь?
