– Я хотела с тобой поговорить, – ответила Ашмира.
Черные брови вскинулись домиком.
– Поговорить? Зачем?
– Ну, – начала она, – не так уж часто доводится беседовать с таким благородным духом, как ты, тем более что ты спас мне жизнь. Разумеется, я не раз слышала о могущественных существах, которые строят башни за одну ночь или приносят дождь истомленным засухой землям. Но я даже не думала, что мне самой представится случай побеседовать со столь возвышенным и прекрасным созданием, которое… – Она осеклась: юноша ехидно ухмылялся. – В чем дело?
– «Благородному духу» кажется, что тебе что-то нужно. Что именно?
– Я надеялась, что ты, в мудрости своей…
– Брось! – сказал демон. Его черные глаза сверкнули. – Ты ведь имеешь дело не с каким-нибудь недоделанным бесом. Я – джинн, и весьма прославленный. Джинн, который возводил для Гильгамеша стены Урука, и стены Карнака – для Рамзеса, и еще множество стен для других хозяев, чьи имена ныне забыты. Соломон Великий на самом деле – лишь последний из длинной череды знаменитых царей, что полагались на мои услуги. Короче, о жрица из далекого Химьяра, – продолжал крылатый юноша, – я о себе и без того достаточно высокого мнения, тебе вовсе ни к чему мне льстить.
Ашмира почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Она невольно стиснула кулаки.
– Ну, просто надо было разобраться, что к чему, – сказал джинн. Он подмигнул ей и небрежно привалился к скале. – Ладно, так чего же ты хочешь?
Ашмира поразмыслила.
– Расскажи мне о Кольце! – сказала она.
Джинн вздрогнул. Его локоть соскользнул со скалы, и он едва не свалился вниз. Он встряхнул крылья, шумно шурша перьями, и уставился на нее.
– Чего-чего?
– Понимаешь, – бесхитростно объяснила Ашмира, – я еще никогда не бывала в Иерусалиме, а о великом царе Соломоне рассказывают столько чудесных историй! Я просто подумала, что раз ты столь известен и столь опытен и раз уж Соломон так на тебя полагается, то ты, наверное, можешь мне рассказать об этом побольше.
Джинн покачал головой.
– Снова лесть! Я же тебе говорю… – Он запнулся. – Или это был сарказм?
– Да нет, что ты! Конечно нет!
– Как бы то ни было, – проворчал юноша, – не надо мне тут ни лести, ни сарказма, а не то, смотри, я таки одобрю идейку Факварла!
– А что? – спросила Ашмира. – Что это была за идейка?
– Тебе лучше не знать. Так вот, что до того предмета, о котором ты упоминала, я понимаю, что ты всего лишь простодушная девочка из аравийского захолустья, но даже там ты, должно быть, слышала… – Он опасливо огляделся. – Короче, тут, в Израиле, о некоторых вещах лучше не говорить во всеуслышание, а лучше и вообще о них не говорить.
– Ты как будто боишься? – улыбнулась Ашмира.
– Ничего подобного! Я просто осторожен. – Крылатый юноша, похоже, почувствовал себя не в своей тарелке и, нахмурившись, посмотрел в густо-синее небо. – Ну куда же запропастился этот Хаба? Давно бы уже прилетел. Может, этот дурень Факварл заблудился?
– Если второго джинна зовут Факварл, – небрежно сказала Ашмира, – то тебя, значит…
– Э нет, извини! – Джинн решительно вскинул руку. – Этого я тебе сказать не могу! Имена – дело серьезное, их важно иметь и опасно терять. Их нельзя произносить вслух направо и налево, ни джиннам, ни людям, ведь они – наша главная тайна. Своим именем был я сотворен много веков тому назад, и тот, кто его узнает, получит возможность держать меня в рабстве. Некоторые волшебники тратят немало усилий на то, чтобы заполучить подобные знания, – изучают древние тексты, расшифровывают шумерскую клинопись, рискуют жизнью в магическом круге, чтобы подчинить себе таких духов, как я! Те, кто владеет моим именем, держат меня в цепях, принуждают творить жестокости, и это продолжается уже две тысячи лет. Так что, надеюсь, ты понимаешь, о дева Аравии, отчего я стремлюсь хранить свое имя в тайне от новых знакомых. Не спрашивай же меня более, ибо знание это запретно, сокрыто и запечатано!
– То есть тебя зовут не Бартимеус? – уточнила Ашмира.
Воцарилось молчание. Джинн прокашлялся.
– Извини, что?
– Бартимеус. Так тебя называл твой друг, Факварл.
Джинн выругался сквозь зубы.
– Ну, другом я бы его не назвал. Идиот! Надо ж было додуматься устроить скандал на людях…
– Ну, ты ведь тоже все время называешь его по имени! – заметила Ашмира. – Кроме того, мне нужно знать твое имя, чтобы замолвить за тебя словечко перед хозяином.
Джинн поморщился.
– Ну да, наверное… Ладно, теперь моя очередь задавать вопросы, – сказал он. – Как насчет тебя? Как твое имя?
– Меня зовут Кирина, – ответила Ашмира.
– Кирина… – недоверчиво повторил джинн. – Понятно…
– Я жрица из Химьяра.
– Ну да, об этом ты все время твердила. Ладно, «Кирина», и почему же тебя так интересуют опасные вещи вроде неких золотых безделушек, которые мы обсуждать не будем? И что за «важная миссия», которая привела тебя в Иерусалим?
Ашмира покачала головой.
– Этого я открыть не могу. Царица запретила мне обсуждать это с кем бы то ни было помимо самого Соломона, и я дала в том священный обет.
