Алим подорвался с места, вовремя отдёрнув себя, на его лице желваки заходили ходуном.
- Твоя жена сдохнет!
- Значит, после массового изнасилования твоей сестры, я собственнолично опробую на ней все методы пыток, которыми овладел за восемнадцать лет службы. Затем я подвешу её вверх ногами, вспорю ей брюхо и порежу горло. Сцежу всю кровь, чтобы прислать её тебе в пакетах! Вместе с кишками твоей сестры! - Даже я в шоке, а уж что говорить о реакции Алима. - И если ты наивно полагаешь, что я на это не способен, то ошибаешься. Со смертью моей жены умрёт и моя человечность. - Встряхнувшись, Уилл, знаю, очень мило и в то же время устрашающе улыбнулся: - надеюсь, мы поняли друг друга. Обмен завтра на развилке в шесть утра - твоя сестра взамен моей жены и журналистки. Никак иначе, - отчеканил Уилл, нагло окончив этот разговор прекращением трансляции. Когда монитор почернел, Алим мигнул. Да он просто в шоке! И в бешенстве, конечно, тоже. Часто дыша носом, он покосился на меня, сжал руки в кулаки. Он долго сдерживал свой порыв - ударить меня. Боится... это сразу ясно. Уилл быстро его просчитал. Не с каждым подонком дозволено так разговаривать, и далеко не каждому террористу можно ставить свои условия, но Уилл знал, что с этим - можно так. Не будь Алим подневольным слабаком, так и не устраивал бы гражданскую войну лишь на основании того, что его сестра тире любовница решила его бросить. После весьма продолжительной борьбы с самим собой, Алим фыркнул, нажав кнопку под столом. В комнату вошёл ходячий шкаф, Алим сказал ему увести меня в мои апартаменты. Беззвучно посмеиваясь, я молча проследовала на выход. Слабак!
Глава 23
Ходячий шкаф провёл меня по коридору, но прежде, чем мы добрались до лестницы, я остановилась и произнесла:
- Я хочу в туалет.
Странно, но он понял меня, несмотря на то, что я говорила не на пушту. И ответил он мне по-английски, ломанно немного с жутким акцентом, но всё же...
- В штаны писай! - фыркнул шкаф, схватив меня за плечо и толкая дальше. Но я вывернулась, отпятившись на полшага назад. Смерив мужчину взглядом, я выдала:
- А мне не писать! - Мужик недовольно закатил глаза. Потом огляделся и, убедившись в том, что поблизости никого нет, снова схватил меня за плечо да пихнул уже по направлению к одной из комнат. Открыл мне дверь, прямо как самый настоящий джентльмен, да так же «вежливо» протолкнул в пустую комнату. Она была примерно тех же размеров, что и комната Алима, оформлена в том же стиле, но здесь интерьер был немножко скромнее. Мужик грубо провёл меня к двери слева, запустив в уборную комнату, оставив дверь слегка приоткрытой, он за мной не зашёл. Я прошла вглубь уборной, там умудрилась так вывернуться, чтобы руки оказались впереди. Сразу же увидела мужские наручные часы на раковине и недолго думая, забрала их, сунув в передний карман штанов. Затем заглянула в шкафчик над раковиной. Мне очень повезло, поскольку я здесь нашла опасную бритву и тоже её забрала. А ещё надыбала несколько пластинок аспирина. Всё распихала по карманам. Закрыв шкафчик, я прошла в угол комнаты, быстро сделав свои дела. Затем я вернула руки назад да вышла из комнаты. Сама прошла на выход, косясь на барную стойку. - Я вовсе не давлю на тебя, но, может быть, у тебя будет желание занести нам воды...
- Обойдёшься, - бросил шкаф, выпроваживая меня из комнаты. Я шла, но брыкалась и фыркала.
- Все талибы такие жадные, или ты единственный в своём роде? - мужик устало закатил глаза, делая вид, что вовсе не слушает меня. - Ты когда-нибудь был в плену? Знаешь, это утомляет. Я ничего не ела и не пила уже полдня, ну а в туалет вот первый раз за сутки сходила. - Мы прошли к деревянной лестнице, спустились по ней в подвал. Там внизу, под лестницей, стоял мини-холодильник - я его уже давно заметила. - Вон, у вас так вода есть всегда...
- Замолчи уже!
Я резко остановилась, настолько неожиданно для него, что он натолкнулся на меня и, встав, недовольно просипел носом.
