Матерый лось бежал по лесу, сшибая по пути тонкие стволы и расшвыривая рогами сбитые ветки. Попадись у него на пути зверь или человек, лось вбил бы его в землю, размозжил бы ему кости, вышиб мозги ударом мощного копыта. Тонна мускулов и ярости неслась через лес, как гигантское пушечное ядро, а за спиной у чудовища раздавался многоголосый заливистый лай гончих псов.
Вдруг лось остановился и молниеносно развернулся, принимая на рога увлеченных погоней псов. Лай перешел в визг, несколько собак отлетели от лося с распоротыми животами и рухнули на снег, окропив его красными веерами крови.
Уцелевшие псы, продолжая лаять, отскочили на безопасное расстояние. Из-за деревьев донесся перестук конских копыт, и спустя несколько секунд на поляну вылетели два рослых скакуна, несущих на себе вооруженных всадников, облаченных в железные доспехи.
Лось не убежал, лишь пригнул голову и ринулся на ближайшего всадника. В этот миг два гончих пса, приободренные появлением людей, прыгнули на лося и вцепились ему в ноги. Лось на мгновение отвлекся, замедлив бег, и один из всадников тут же пришпорил коня и, резко устремившись вперед, с размаху всадил лосю в загривок острый рожон охотничьего копья.
Внезапно осаженная лошадь проехалась задними копытами по снегу и осела на круп, однако всадник удержался в седле, выпустил из рук толстое древко копья, перепрыгнул лосю на спину, выхватил из ножен сверкнувший на солнце кинжал, быстро пригнулся, ухватившись левой рукою за огромный рог лося, и сильным, широким движением перерезал гиганту косматую глотку.
Лось последним отчаянным усилием мотнул огромной головой, пытаясь сбросить с себя охотника, и сумел это сделать, затем упал на передние колени, хрипло взревел, попробовал подняться, но рухнул на снег и ткнулся огромной мордой в комель гнилого дерева.
Второй всадник, выше и мощнее первого, но в таких же великолепных доспехах, спрыгнул с коня на землю, шагнул к поверженному лосю и всадил ему в ухо нож с обоюдоострым клинком.
Из ноздрей лося вырвался клубок пара, он еще дважды хрипло вздохнул, а потом замер, уставившись на ноги охотника остекленевшими глазами.
В эту секунду первый всадник, худощавый, черноволосый, поднялся на ноги, сорвал с пояса топорик, одним ударом рассек чрево зверя, после чего швырнул топорик своему рослому спутнику, поднял со снега оброненный кинжал, склонился над лосем и вырезал из утробы зверя кусок горячей печени.
Он сунул кусок печени в рот и прикрыл глаза.
— Отличная охота, Вульфгар! — пробасил, глядя на него, второй всадник.
Это был настоящий великан с гривой белых волос и такими же длинными белыми усами. Волосы его были заплетены в жгуты и стянуты на затылке в пучок.
— Отличная охота! — повторил он. — И отличный удар!
— Ты прав, Торгрим! — отозвался первый охотник.
Он зачерпнул пятернею пригоршню снега и обтер им окровавленные губы. Потом вдруг замер, будто оцепенел, после чего медленно повернул голову и уставился на белобрысого гиганта так, будто увидел его впервые.
— Торт? — непонятно проговорил он. — Это ты?
Белобрысый гигант взглянул на своего спутника и хмуро проговорил:
— Не понимаю тебя, Вульфгар.
— Тебя зовут Торт. Мы прибыли сюда, чтобы разыскать кольцо профессора Терехова. Помнишь?
— Я Торгрим Белая Голова, — не совсем уверенно проговорил гигант. Внезапно он замер с открытым ртом. По лицу его пробежала тень, ресницы дрогнули, и он хрипло выдохнул: — Вот дьявол! Волчок, это ты?
— Да, Торт, это я.
Белобрысый здоровяк оглядел заснеженный лес, потом поднял руки и посмотрел на свои широкие, как лопаты, ладони. Затем перевел взгляд на свои закованные в железные доспехи предплечья. Снова посмотрел на Егора.
— Кто мы теперь такие, Волчок? В чьи тела мы вселились?
— Мы свеи, Торт, — ответил Егор.
— Кто?
— Викинги.
— Викинги? — Торт обалдело моргнул. — В башке настоящий бардак, — сообщил он. — Как будто взяли двух людей и смешали их, как напитки в коктейле. Это всегда так?
— Да, — сказал Егор. — Но скоро будет лучше.
Волчок осмотрел себя. На запястьях его поблескивали широкие серебряные браслеты. Кольчуга была дорогая, изящной работы. Он вновь взглянул на гиганта.
— Значит, ты теперь Торгрим по прозвищу Белая Голова?
Торт кивнул.
— Да. Я хирдман великого ярла Догмара.
— А как, по-твоему, зовут меня?
Громила наморщил лоб, припоминая, затем произнес:
— Ты — Вульфгар, прозванный Полярным Волком. Сын отважного хэрсира Гьодаскалли из Одростодира. Ты служишь русскому князю Владимиру, которого новгородцы изгнали из своего города.
— Молодец, — кивнул Егор. — Вспоминай дальше.
— Два дня назад мы с тобой прибыли из похода… Кажется, мы собирали дань с эстонцев, чтобы пополнить казну Владимира. Верно?
— Верно, — кивнул Егор.
Торт облегченно вздохнул и повел могучими плечами, облитыми блестящим металлом кольчуги.
— Выходит, мы переместились.
— Как видишь, — сказал Егор. Он посмотрел на огромную тушу лося, усмехнулся и добавил: — Это моя первая в жизни охота.
