Яша перечитал несколько раз, жалея, что часть строк была размыта. Внутри вспыхнула совершенно безумная надежда. Возможно, всё не так плохо? Возможно, он понимал всё не так?.. Отложив тетрадь, он потёр виски, собираясь с мыслями. Данные были слишком скудными, и история пока не складывалась. Часть его хотела довериться Карнагану, единственному источнику сведений о проклятии египетской царевны. Но слишком уж всё было смутно… и чего уж там – жутковато.
– Вот явились бы вы мне, ваше высочество, и рассказали за чашкой чая, что вам на самом деле надобно. – Он хмыкнул, возвращаясь к портрету, разглядывая. – Или за стаканом чего покрепче. А то всё загадки, страшилки.
Он потянулся за другой небольшой книжечкой, состоявшей больше из расшифровок, чем из связных фраз. Какие-то даты, расчёты, сведения о корабельных погрузках. Джонатан фиксировал это явно только для себя, чтобы не забыть, и потому записывал не полностью – ровно так, чтобы понять самому. Теперь, спустя век, поди разберись!
А потом Яша увидел Око Уаджет и чуть не выронил дневник. Пальцы обожгло, как будто он наткнулся сразу на несколько калёных игл. По позвоночнику пробежала дрожь, и тут же бросило в жар.
Око Уаджет было изображено не единожды, с зашифрованными пояснениями. Пришлось продираться через криптограммы, постигая смысл не написанного, а нарисованного. Но благодаря Борьке Войник хотя бы узнал богов, которых Карнаган нарисовал со всей чёткостью на одной из страниц.
Хор, сокологоловый покровитель власти фараонов.
Сет с головой собакоподобного чудовища, божество войны и песков, его соперник. Или товарищ?.. Яша помнил известную легенду, но по рисунку они не враждовали, а стягивали вместе какой-то канат. Увы, пояснения прилагались на древнеегипетском – нужно будет уточнить у Борьки.
А вот следующая зарисовка была вполне очевидна. Яша узнал расколотый череп Таа Секененра, ожившего в Каирском музее и изрядно его напугавшего. А следом шло несколько странных, корявых портретов, быстрых набросков – измученные лица с искажёнными в крике ртами.
Войник вспомнил фотографии, которые у него украли позднее. Вспомнил лицо Артура Стоуна, лорда Карнагана, искажённое в такой же гримасе… И точно так же левый глаз был залит воском с печатью Ока, а на месте правого зиял провал.
