С этими словами он открыл рундук, разложил складной стол, включил маленькую электроплиту и за несколько минут приготовив завтрак – аппетитная яичница и самый вкусный кофе, который мне когда-либо доводилось пить. Таково одно из свойств человеческой натуры – человек способн примиритья даже с самыми неожиданными условиями, в которых он оказывается, если он сыт. Во всяком случае, в этот момент он примирил нас с подобной ситуацией. Мы пили, ели и наслаждались беседой, совсем как на привале после удачной утренней рыбалки.
Прибравшись после завтрака, мы достали трубки и продолжили беседу, то и дело поглядывая в окно, чтобы полюбоваться на планету, которую мы только что покинули. Эдмунд выдал нам бинокли, и теперь мы узнавали очертания материков.
Мы узнали Японию и Филиппины, разглядели изогнутую линию снежных Гималаев. А огромное белое пятно над океаном отмечало место, где разыгрался шторм. Несомненно, множество кораблей боролось там с огромными волнами.
Я заметил, что Эдмунд постоянно переходит от одного окна к другому, словно что-то высматривая. Он явно за чем-то наблюдал, и его взгляд выражал смешанное чувство ожидания и опасения. В передней части машины и в полу были смотровые отверстия, и Эдмунд заглядывал в них тоже. Наконец я спросил его:
– Что вы там высматриваете, Эдмунд?
– Метеоры, – коротко ответил он.
– Метеоры, здесь?
– Конечно. Вы же отчасти астроном. Тогда вы знаете, что они кружатся вокруг всех планет. Из-за них я всю ночь не мог заснуть. Из-за них я все это время как на иголках. Я даже собирался разбудить одного из вас и попросить о помощи. Пока вы спали, мимо нас пролетел не один такой каменный урод. Мы, знаете ли, плывем по никем не исследованному морю, и я не хочу, чтобы мы напоролись на скалы и потерпели кораблекрушение.
– Но ведь мы, судя по всему, улетели от Земли на порядочное расстояние, – заметил я, – и в этом смысле нам ничто не угрожает.
– Да, опасность миновала, но все же мы можем напороться на метеоры. Мне будет спокойнее, когда позади останется еще несколько миллионов миль.
Мы, конечно, могли представить, как Земля выглядит с расстояния, но это была только воображаемая картина, а не впечатление, полученное от реальности. Но после того, что сказал Эдмунд, эта мысль неподъемным грузом легла на наши плечи.
– ВО ИМЯ ВСЕГО святого, Эдмунд, скажи: с какой скоростью мы летим?! – воскликнул Джек.
– В настоящее время мы делаем двадцать миль в секунду, – ответил Эдмунд, глядя на прибор.
– Быстрее, чем Земля летит по своей орбите! – воскликнул я.
– Да… Немного быстрее, – с улыбкой ответил Эдмунд. – Но, вероятно, над повышением скорости придется еще поработать. Я хочу добраться до цели раньше, чем она начнет от нас убегать.
– Ах, вот оно что! – фыркнул Джек. – Именно это я и хотел узнать. Какая у нас цель? Куда мы летим?
Прежде, чем Эдмунд успел ответить, мы все вскочили со своих мест, потому что раздался оглушительный грохот. В тот же миг машина накренилась и за окном полыхнула сильнейшая молния.
– Черт возьми! – завопил Эдмунд. Он бросился к окну, вцепился в похожее на штурвал колесо и с силой провернул его.
Мы тут же оказались на полу – все, кроме Эдмунда, который держался за колесо. Наш курс моментально изменился, и мы с изумлением увидели, как за окном пролетел какой-то огромный бесформенный предмет.
– Еще один летит! – воскликнул Эдмунд, снова хватаясь за колесо.
Извернувшись, я сумел взглянуть в окно и понял, что мы пропали. В нашу сторону, кувыркаясь, летела какая-то огромная, похожая на гантель двойная скала угольно-черного цвета. Нас разделяли уже какие-то тридцать ярдов. Каждый из концов этой гантели был размером с дом. Столкновение было неизбежным. Если она в нас врежется, нам не суждено будет вернуться на Землю, если только, виде мелкого пепла.
ЭДМУНД УВИДЕЛ МЕТЕОРИТ И, мгновенно нажав нужные кнопки, повернул машину. Мы опять рухнули на пол! Но нам следовало поблагодарить его даже в том случае, если бы мы разбили головы, – ведь он спас нас от неминуемой смерти.
Однако опасность еще не миновала. Едва огромная ган-тель (Эдмунд сказал, что она, судя по очертаниям, состоит из чистого железа; он определил это по его магнитным характеристикам) пролетела, как за окном что-то вспыхнуло настолько ярко, что мы невольно зажмурились.
– Столкновение! – воскликнул Эдмунд. – Эта махина ударилась о другое большое метеорное тело, и они обменя-лись огненными любезностями.
Он бросился на пол и припал к глазку, но тут же снова поднялся и вновь надавил на кнопки. Мы опять полетели на пол, когда он снова резко поменял курс.
