А дальше список ещё на страницу, и среди множества наименований встречались молоток, бита и даже доска с гвоздём. Видимо, находились и такие недотёпы. Так что кровавая месть Селивёрстовой могла осуществиться лишь во сне Ирмы. Но сейчас ей и того было достаточно.
Ирма ничуть не огорчилась отсутствию мужа, не захотела ему даже СМС-кой пожелать хорошего дня и сразу, не успев позавтракать, взялась звонить по своим каналам. На сегодня у неё планировались два знакомства: более тесное с Ольгой и поверхностное, но отнюдь не пустое с мужчиной из ресторана.
Неспокойной выдалась ночь и для других участников. Первый почти не спал, думая о возможном богатстве. Пока очередная красотка ласкала его тело, он мысленно ласкал пачки с деньгами.
Первый сделал свой выбор: он не собирался довольствоваться малым. К утру он уже знал, как подставить Ирму.
Второй видел во сне кровь. Много крови. А когда открыл глаза, ничего не изменилось. Мама сидела на кровати, протягивая кувшин с кровью. Второй вздрогнул.
— Будешь компот? Он полезный. Но ещё полезнее был бы со свежими ягодами. Если бы ты принёс обещанные деньги, я сварила бы хороший компот. Но ты не принёс, и зарплата задерживается, так что приходиться пить… Помои!
Компот оказался на лице, волосах. Он стекал по шее и пачкал одеяло.
— Вставай и иди стирать! А затем на работу! — гаркнула мама. Хлопнула дверь.
Несколько минут Второй сидел, не двигаясь, позволяя холодной жидкости растекаться всё большим пятном. Затем медленно встал, вытерся вчерашней рубашкой и подошёл к тумбочке. На ней стоял портфель. Второй открыл его, закрыл. Повторил манипуляции. И продолжал по нарастающей, всё с большим остервенением. Он представлял, что застёжка — это голова Первого и одновременно Четвёртой. А он берёт и отрывает эту голову, отрывает.
Звук успокаивал, образы грели. Второй отпустил крышку портфеля, подхватил одеяло и спокойно вышел из комнаты.
Третий не спал. Он и рад был бы заснуть, но не мог. Ася давно сопела. Мило, как ему казалось раньше. Но не теперь. Ася казалась скучной и пустой. Некрасивой.
Стоило ему убедиться, что жена в мире грёз, начались действия. Третий взял ножницы и начал аккуратно, осторожно подрезать волосы Аси. После каждой прядки он останавливался. Выжидал. Когда жена начинала ворочаться, он молился. Она успокаивалась, и он возвращался к работе.
Трудиться пришлось всю ночь. К утру его новая жена была готова. И лишь тогда Третий закрыл глаза. Но счастлив он не был. Асе каре шло, но она всё равно не была похожа на Лару.
Третий был расстроен.
Пятый постоянно просыпался: его тревожили сны. То он видел Лару, и она его бросала, потому что Пятого изгоняли из Игры. То перед ним возникала Агнецкая. Четвёртая смеялась. Её жир перекатывался вместе со смехом. Она говорила, что специально подставила Пятого.
Проснувшись в очередной раз, он не выдержал, встал и пошёл на балкон. Пятый стоял в трусах и смотрел на занимающийся рассвет. Прозвеневший будильник ударил, словно, обухом, по голове, и не пряча злость, — прятать было не от кого — Пятый стал собираться на работу. Игра игрой, а лекции никто не отменял. К тому же в институте он мог хотя бы на какое-то время забыться.
Неожиданными были три салата и записка: «Не знал, что именно ты захочешь, и поэтому взял сытный с мясом, экзотический с ананасом и неплохую вариацию «Цезаря» — Герцогиня его, кстати, оценила. Ну как оценила… Не отвернулась, хотя она та ещё привереда. Даже любимый корм не всегда для неё любимый. В общем, пробуй. На случай, если захочется сладкого, в пакете должен быть кусок пирога с вишней. Отец посоветовал. Они такой в «Карусели» часто с мамой брали. Кстати, он передаёт тебе привет и приглашает в гости. Знаю, тебе некогда. Поешь, пожалуйста. Сухомяткой убьёшь желудок, а убийств нам и так хватает».
Но куда больше Александру удивил второй курьер. С цветами.
То, что букет не от Бриза понятно стало сразу — на такой роскошный у него не хватило бы зарплаты. Александра поблагодарила курьеров и закрыла дверь. Долго смотрела на букет.
Сотней роз обычно отмечали важную дату, мужья извинялись за серьёзные проступки перед жёнами, оправдывали себя за присутствие в жизни любовницы. Признавались в любви и пытались очаровать избранницу.
Подкупали.
Иногда в её частной практике встречались такие люди. Нечасто, но она с ними сталкивалась. Дорогие подарки, красивые цветы, украшения. Реже конверты с наличкой. И всё для того, чтобы скрыть свой неблаговидный поступок. Чтобы Саша прекратила расследование.
Она привыкла к тому, что люди боятся узнать правду: не только о близких, но и о себе. За подарками и деньгами они пытались спрятать собственную неуверенность. Страх. И пресловутую ложь. Маскировались.
Но что означала сотня персиковых роз, доставленная ей?
