– Прекрасно, просто прекрасно. Все играет в своих пьесках. А ты? Остепенился наконец?
– Я кое-кого встретил, – губ Ричарда коснулась легкая улыбка, когда он вспомнил о Валери.
– Да ну? – Джонс был в полном восторге. – Беккет наконец-то подпустил к себе кого-то?
– Она не спрашивала разрешения, на самом деле, – парни рассмеялись.
– Ладно, я сейчас сделаю заказ, и ты мне все расскажешь об этой необыкновенной леди, – Себастьян пригрозил пальцем, прежде чем покинуть свое место.
Ричард улыбался, глядя ему вслед. Он соскучился по этому теплому чувству внутри себя. Такому, когда рядом находятся твои самые близкие друзья.
– Вот так история.
Девушка по имени Энн Лайтвуд сидела напротив Беккета в небольшом ресторане в центре района моды. Сквозь окна, растянувшиеся вдоль стен, можно было увидеть прохожих – сибариты и так одевались очень кричаще, но в этом месте это все выходило на новый уровень. Диковинные шляпки, достигавшие в высоту несколько десятков сантиметров; огромные широкие юбки в пол, как на мужчинах, так и на женщинах; и совмещение различных несочетающихся друг с другом стилей.
Энн была девушкой среднего роста с темными каштановыми волосами. Они переливались на свету, как растопленный молочный шоколад. Ее губы всегда были накрашены алой помадой, а на длинных ногах постоянно красовались туфли на шпильке. Именно такие дамы попадали в категорию «роковых женщин» Сейчас на ней был одет черный костюм с приталенным пиджаком.
– Да, можно и так сказать, – согласился Беккет.
– Кто бы мог подумать, что повстречавшись с молодняком, ты откроешь тайны своего происхождения? – Лайтвуд ухмыльнулась.
– Совпадение, действительно, необычное.
– Ты знаешь, я не верю в совпадения, – она сделала глоток из своего бокала с шампанским.
– Припоминаю, – сибарит с приятной ностальгией думал о тех временах, когда они с Энн виделись чуть ли не каждый день.
– Знаешь, после твоего бурного романа с Пьетро, я не думала, что ты еще раз шагнешь на эту скользкую дорожку под названием «отношения».
– Романа? – парень усмехнулся. – Это слишком громкое слово.
– Конечно, – Лайтвуд опустила глаза с хитрым выражением на лице. – Ты же у нас любитель никого не подпускать к себе. Помнится, ты и меня отшил в свое время.
– Если бы я этого не сделал, мы бы не стали такими замечательными друзьями, – оправдывался Ричард.
– И это единственное, что тебя спасает… – ее взгляд почти всегда казался томным, хотя она и не пыталась сделать его таковым. – Хотя друг из тебя, признаться, так себе.
– Я уже извинился, – он ухмыльнулся.
Их с Энн беседы всегда будоражили его.
– Лучше посети мой показ, – она достала из сумочки небольшую карточку с информацией.
– Это то, о чем ты говорила? – его рука потянулась к приглашению.
– Да, – девушка улыбнулась. – Как приятно, что прежде, чем вывалить на меня свою трагическую историю, ты поинтересовался, как мои дела.
Беккет рассмеялся.
– Приводи свою даму сердца, – Лайтвуд поднялась со своего места. – Хочу на нее взглянуть.
– Обязательно.
Энн подошла к своему спутнику и наклонилась к его уху:
– Удачи тебе, Ричард, – за этими словами последовал недолгий поцелуй.
Аромат духов сибаритки остался после ее ухода. Как и красный след от ее помады на щеке.
После очередной встречи с группой своих знакомых из прошлого, Беккет вернулся в отель. Скорее это можно было назвать небольшим съемным домиком на окраине – театральный район был слишком уютным местом для огромных высоток с пентхаусами. Именно здесь несколько столетий назад Беккет познакомился с компанией созерцателей, которые развлекали себя критикой юных дарований, желающих стать великими актерами. Впрочем, они никогда не пытались завалить этих несчастных, а даже искренне старались им помочь, направляя в нужное русло. Ричард быстро с ними подружился и время от времени наведывался в этот район, чтобы присоединиться к их деятельности. В контексте всей его жизни, правда, это был скорее лишь один абзац книги, нежели даже глава. Но он очень ценил это время.
Сибарит не стал посвящать этих ребят в причину своего внезапного возвращения – просто потому что он и до этого никогда не делился с ними чем-то сокровенным. Он лишь знал, что должен показать, что они ему не безразличны. С Себастьяном и Энн его связывали куда более глубокие и длительные отношения. Эти сибариты действительно прошли с ним через огонь и воду и, к его счастью, были готовы делать это и дальше, даже после того, как он так резко вычеркнул их из своей жизни.
Парень расстегнул несколько верхних пуговиц на своей белоснежной рубашке и рухнул на кровать. Несколько минут он просто таращился в потолок, раздумывая над тем, на какой поезд ему следует сесть, чтобы успеть к нужному времени на завтрашнюю встречу в другом районе. Еще парочка сибаритов из прошлого. Он так давно не путешествовал по Труа, что эта неделя стала для него настоящим испытанием.
