— Были когда-то друзьями. — с горечью констатировала Зося. — Пока… пока… ты не переметнулся к этим…
— Да ладно тебе ворчать! — Петька с нежностью поправил прядку волос возле Зосиного уха. — Я очень дорожу нашей дружбой. Честно-честно.
— Дорожишь? Нашей дружбой? Да ты и думать обо мне забыл! Сестрицы тебе голову задурили!
— Да перестань! С моей головой всё окей. — Петька постучал себя по лбу и ухмыльнулся.
— Думай что хочешь. Только знай — на тебе приворот! Потому и ходишь за ними как бычок на верёвке! — одним махом выпалила Зося и осеклась при виде помрачневшего Петьки.
Он как-то странно дёрнулся и поник. А потом взял её за руку и повёл к дому.
— Отпусти! Я не хочу туда! — запротестовала Зося. — Не хочу видеть близнецов!
— Там нет никого. Мы будем одни. Нужно поговорить, Зося.
— Да о чём разговаривать, если ты всё отрицаешь и врёшь?
— Больше не буду врать. Не вижу смысла. Раз ты знаешь про приворот. Хочу тебе всё объяснить. Это долгая история…
— Я тебе больше не верю!
— Ох, Зось. Знала бы ты только, что со мной произошло! Боюсь, что и правда не поверишь…
— Со мной тоже… тоже много чего произошло! И всё благодаря тебе! — у Зоси всё не получалось успокоиться.
— Прости. Ну, прости. Я не хотел… Это всё они!
— Так ты больше не отрицаешь нашу встречу? — приостановилась девушка. — Что за игры, Петька? Зачем ты меня морочишь?
— Да какие игры, Зось. Сейчас всё узнаешь. Проходи. Кстати, оцени работу мастеров. — Петька подтолкнул тяжёлую резную дверь, пропуская Зосю внутрь. — Скажи, здесь шикарно? Этот дом моя гордость и любовная любовь!
— Твоя гордость?
Петька не ответил. Но Зося не заметила этого — отвлеклась на натёртый до блеска паркет, на старинные пейзажи в вычурных золочёных рамах, на люстру с хрустальными каплями-подвесками, на задрапированные тяжёлой бархатной тканью ниши.
По широкой мраморной лестнице они поднялись на второй этаж. Прошли мимо череды дверей в самый дальний конец коридора. На каждой двери красовались латунные таблички с гравировкой: «Рукоделие», «Рисование», «Этикет», «Музыкальная комната». По бокам от дверей висели светильники с плафонами в виде хрустальных колокольчиков. Обои с блеклыми розочками были подобраны в тон обивки кресел, стоящих вдоль стены. Диссонансом смотрелись здесь только детские рисунки, размещённые на деревянном стенде. Все они были в похожей стилистике — сделанные черным карандашом, изображали то ли пауков, то ли каких-то чудовищ.
Зося хотела притормозить возле них, но Петька потянул её дальше.
— Что это за рисунки, Петь?
— Детишки развлекались. По мотивам какой-то мультяшки был конкурс. Скажи лучше — нравится тебе обстановочка?
— Как в музее. Сколько же сюда вбухано средств? — пробормотала Зося под впечатлением увиденного.
— До фига и больше, — хмыкнул Петька, распахивая перед ней дверь в торце и жестом приглашая входить.
— Наша святая святых, — с гордостью прокомментировал он довольно скромную обстановку внутри небольшой, просто обставленной комнаты. — Присаживайся на диван, Зося. Хватит уже от нас бегать!
Тон его резко поменялся.
А потом кресло, стоявшее у стола, медленно повернулось, и перед Зосей предстала улыбающаяся Полина. Или может быть — Владислава?
Не ожидавшая встречи Зося отшатнулась к двери, но Петька загородил собой выход.
— Приветствую тебя в нашей скромной обители. Неплохо получилось её обустроить, согласна? — светским тоном поинтересовалась одна из близняшек, поглаживая длинную нить драгоценного сотуара. Она по-прежнему предпочитала черные платья в пол и макияж в стиле «панды». Однако тщательно выбеленное лицо изменилось — сделалось меньше и как будто немного усохло, кожа плотно обхватывала кости, щёки ввалились.
— Полина? — голос Зоси предательски задрожал. — Я не ожидала… не думала… Петя сказал…
— Дом привлёк нас своей мрачной аурой. Да ты и сама наслышана о его дурной славе. Мы решили дать ему шанс возродиться. Организовали что-то вроде дневного пансиона для девчушек. Детки играют, общаются, обучаются хорошим манерам…
— Вы молодцы. Серьёзно, молодцы. — забормотала Зося. — Рада была увидеться. Но у меня дела!
— Ну что же, дела так дела. — выразительно вздохнула Полина. — Торопишься придумывать новые колыбельные?
— Откуда ты про них знаешь??
— Слухами земля полнится. Такое умение в маленьком городке не скрыть.
Полина откровенно забавлялась Зосиным смятением, а Зосе всё сильнее становилось не по себе. И она снова повторила, что спешит и даже подтолкнула Петьку, чтобы перестал загораживать дверь.
— Проводи гостью, — Полина махнула Петьке. — Ещё заблудится, чего доброго. Зайдет не туда. Да там и останется… Приятно было повидаться, Зося. Рада, что ты совсем не изменилась. Такая же простушка.
— Зато ты изменилась… — пробормотала Зося себе под нос, но Петька услышал и нахмурился. Но Зосе было всё равно.
Разговаривать с ним больше не имело смысла — после очередного обмана Зося полностью утратила к нему доверие.
Она лишь спросила, где сейчас Владислава. Хотела проверить — скажет он про больницу или нет.
— Соскучилась? — ухмыльнулся Петька.