Гаснут короткие дни ноября,
Ночи – безмерны.
Мы не прошли с тобой – может быть, зря? –
Теста на верность,
Теста на преданность и доброту,
Нежность и жалость…
Вот и лелеем теперь не мечту –
То, что осталось.
Крошки наивности мы соберём
Все – для застолья.
Это неважно, что мы не вдвоём…
К этой вот роли
Жизнь приучала нас множество раз –
Болью и кровью.
Всё же мы живы – и здесь, и сейчас –
Бывшей любовью.
11. ДЕКАБРЬ
И разыгралась декабрьская муть:
ветер пронзительный, снежная вьюга.
Холодно сердцу. И я не пойму,
кто я твоя: боль? надежда? подруга?
Кто я? Любимая? Нежность и страсть
так ненадёжно врачуют нам души.
Чтобы не сбиться с пути, не пропасть,
страсти мы голос безжалостно глушим.
Кто мы? По разуму брат и сестра?
Дух перехватит и сердце взовьётся…
О, неужели вот эта игра
в жизни Великой Любовью зовётся?
12. НОВОГОДНЕЕ
Этой любви драгоценное чудо
В наших сердцах появилось откуда?
Может, из нежности? Может, из взгляда?
Может быть, просто – из снегопада?
Не разобраться в причудах природы:
Только вчера так хотелось свободы,
Только вчера были тесными клетки.
Но… зашептали волшебные ветры,
Кто-то гирлянды на ёлке развесил,
Где-то проснулась негромкая песня…
Впрочем, для радости надо так мало:
Тихое слово да сказки начало.
13. ЯНВАРЬ
И снова сказка – Новый год,
и вновь – надежды,
и радость водит хоровод
тепло и нежно.
И светлые мечты живут
под ёлкой каждой,
и белые снега метут
почти отважно.
Но скоро праздник убежит,
как будто не был.
И будем снова дальше жить
под синим небом,
и о несбывшемся грустить
всё реже, реже.
И ткать продолжат Парки нить,
как ткали прежде.
Ах, как хотелось, чтобы всё
всегда сбывалось!
Но краток новогодний сон.
сильна усталость.
* * *
На каком-то этапе, каком-то этапе заклятом,
Мы сплелись, словно два обожжённых веками пространства.
Но я слышала голос, ко мне доходящий сквозь вату
О своём, о земном назначении – непостоянстве.
На какой-то волне, на какой-то волне укачало,
И приснилось, что всё – и легко, и светло, и хранимо.
Но качнулась волна – и смешались концы и начала,
И опять пронеслось мимо счастье житейское,
мимо.
Разве ведает жизнь, что заставит её повернуться,
И куда ей придётся идти, и путями какими?
А была ли любовь, если вправду назад оглянуться?
О, у слова «любовь» бесконечно коварное имя…
* * *
Напиши письмо, напиши
На ночном безлунном просторе.
Отдали печаль, расскажи
Мне про звёзды, а не про горе.
Я побуду с тобой в тиши,
Там, где сосны качают небо.
Я частица твоей души
И частица земли и хлеба.
* * *
Напои меня весельем,
Неба синева густая!
Докажи-ка, в самом деле, –
Я пока ещё живая.
Я пока ещё любуюсь
Утром, солнцем, облаками.
Я пока ещё любую
Разведу печаль руками.
Ведь покуда сердце – настежь,
И пера полёт отточен,
Мой запас любви и страсти
Быть не может обесточен.
НА ПОРОГЕ
Дождь зарядил, беспокойный и частый,
И растворил безнадёжное счастье,
И растопил неуёмное горе.
Мы на просторе с тобой, на просторе.
Мы на безбрежье с тобой, на безбрежье.
Где-то на дне похоронена нежность.
Мы на безмолвье с тобой, на безмолвье,
В пересечении гнева и молний.
Мы взаперти, между болью и светом.
Где на вопрос не находят ответа,
В переплетеньях обиды и страсти,
Там, где во лжи обрывается счастье.
Мы в тупике, на краю, на бессилье,
А за спиной – тишина и бескрылье.
Мы на пороге с тобой, на пороге.
Надо идти. Подгибаются ноги.
* * *
Не бойся открытий, не бойся потерь.
Давно заколдована в прошлое дверь.
Не бойся отплытий больших кораблей.
За жизнь, что приснилась, бокалы налей.
Бокалы налей золотого вина.
Есть в жизни находки, не только вина.
До самого дна опрокинешь печаль –
И близкою станет далёкая даль.
И станет серебряной песня ручья.
Ты тоже, как песня:
для всех и ничья.
* * *
Не виновна река,
Не виновен песок
В том, что я далека,
В том, что ты одинок.
Не виновна листвы
Золотая печаль.
Есть духовная высь
И духовная даль.
* * *
Не дом, а сумерки души.
Не дом, а образец заката.
И, право, я ли виновата
И в том, что ты озяб от лжи,
И в том, что вечер так далёк,
И в том, что скучно в этом зале,
И в том, что всё давно сказали,
И в том, что каждый одинок?
Не дом, а сонный полумрак,
Где мир не в лад и лад не в такт,
Где мы давно с тобой устали
И от ошибок, и от грёз…
А в сером небе – столько стали!
А в сиром сердце – столько слёз!
НЕДОПИСАННЫЙ РОМАНС
И руки – врозь.
И смех, и боль – раздельно.
Тарелки, чашки –
ничего не делим.
А радость –
словно пузырёк в стакане:
Растает вдруг –
и никого не ранит.
Любви однажды пробежать по краю
Пришла мне блажь.
Её я забываю,
Поскольку просто кончилась причина
Обвитой быть тобой,
как пуповиной.
НЕЖНОСТЬ
Минут разомкнулся
бурлящий поток.
Пусть будет, что будет:
Разруха, потоп!
Ни прошлого нет,
ни мелькающих дней.
Всё будто в тумане,
всё будто во сне.
Нет завтра.
Часов остановлен разбег.
Спрессовано время,
как тающий снег.
В морозных оковах
застыла зима…
И нежность – такая,
что сводит с ума.
* * *
Не изумруды, лалы и сапфиры –
К твоим ногам бросаю струны лиры.
Пускай дрожат, ободранные в клочья,
Тебя воруя для бессонной ночки.
Пускай звенят до самого рассвета
В твоём дому
Пусть до утра рыдают, не смолкая,
И свет, и боль до плоти обнажая.
Взойдёт заря, окрасив веки синью,
