Маленькая Тигра в таком случае сразу пряталась за мои ноги. Хозяева для неё были оплотом и опорой. А маленькая Кейси собиралась жить самостоятельно. В случае опасности стремилась быстрее удрать, куда глаза глядят. Меня в качестве защиты не рассматривала.
Я очнулась от ступора, отодвинула Виктора, встала между ним и собакой. Объяснить, чтобы замолчал – не получилось.
«Чудище» продолжало кричать: «Кейси, Кейси, не бойся!» – а я тихой сапой мелкими шажками двинулась от него подальше. Щенка поставила рядом.
Попробовала было угостить лакомством, чтобы успокоить, но маленькая Кейси в стрессовых ситуациях вкусностями плевалась. Это сейчас заглатывает, успевай только давать.
В общем, потихонечку мы удалились от ужасного «монстра». Дальше гуляли нормально.
Страх остался. Виктора Кейси запомнила. Здороваться я больше не подходила, зато сантехник при каждой встрече поворачивал к нам и так же громогласно вопил: «Кейси!» – не со зла, он любил Тигру и хотел подружиться с новой собакой.
Разумеется, контактов я избегала. И всё равно мы постоянно друг на друга наталкивались. Кейси лаяла на Виктора больше года.
За это время перезнакомилась с детьми со двора, соседями, научилась подпускать чужих людей на улице. Обрела уверенность в себе. И только после этого перестала бояться страшного великана.
Не лает, но и дружить не хочет.
А всё из-за того, что я слишком опрометчиво потащила щенка здороваться. Мы ведь раньше знакомились. А то, что щенок повзрослел и смотрит на мир другими глазами – не учла. Да и в первый раз Кейси восторга не испытала.
Получилось, что я, хозяйка, которая должна защищать и оберегать, своими руками поволокла малышку прямо к страшному «чудищу».
Что надо было делать? Сначала посмотреть на реакцию щенка. Кейси сразу насторожилась. Мы, вообще-то, стороной проходили, вот и шли бы своей дорогой.
Тем более, что я прекрасно знала о способности Виктора громко разговаривать и не слышать окружающих. Нет, на волне эйфории, что новая овчарка получилась лояльной к людям, попёрлась общаться.
Мне до сих пор стыдно перед собакой за тот страх, что ей пришлось испытать по вине бестолковой хозяйки.
Девчушки быстро удалялись. Маленькие, лет 12—13, не больше. Собачонка визжала на руках одной из них. Мы с Кейси смотрели вслед, переваривая происшествие.
Мирно направлялись гулять на поле, никого не трогали. Вдруг из-за куста вылетел мелкий монстр. Без поводка, разумеется.
Причём, настолько мелкий, что кошка рядом с ним покажется динозавром. Не знаю, что за порода. Туловище тоньше, чем лапа моей овчарки, а ножки – как их вообще земля носит?
Вот этот зверь под названием «собака» смело бросился на соперника.
Кейси малышей не трогает. Мы привычно вертелись на месте, отслеживая передвижения противника. Чупакабра носилась кругами, примерялась, откуда лучше куснуть. Визжала на грани ультразвука, страх на врага нагоняла.
Вдали показались девчушки, перепугались, побежали, безуспешно пытались отозвать бойца.
Я крикнула, чтобы не боялись, моя не тронет. Думаю, со стороны верилось в это с трудом. Кейси хватило бы лапой наступить.
Естественно, подростки не решались приблизиться к овчарке, чтобы изловить своё чудище. Кое-как отогнали, поймали, прицепили к поводку. Оно чуть из шлейки не выпрыгнуло.
Мы собрались двигаться дальше (не первое нападение пережили), и вдруг девочка, которая подхватила собачонку на руки от греха подальше, обернулась и сказала:
– Извините, пожалуйста!
Тут уже я чуть из кроссовок не выпрыгнула. От неожиданности. Всю жизнь у нас были большие собаки. На них всегда кидались мелкие бесповодочные. Причём, со взрослыми хозяевами. К реакции этих владельцев я привыкла.
Выглядела она так – приближались неторопливым шагом или вовсе боялись подойти, зато прямо на лбах было написано: «Поразводили тут! Пройти негде!»
Некоторые громко эту мысль и озвучивали.
Во всех случаях виноватой получалась я, потому что поразводила. То, что моя собака даже не рыкала в ответ, роли не играло.
И вдруг – девочка! Извинилась за причинённые неудобства. Мир перевернулся с ног на голову. А затем я вспомнила, что прецедент уже был. Просто тогда я не придала значения – случайность, не более.
Весной Кейси повредила лапу. Мы гуляли на поводке по своему и соседнему районам. А в последнем постоянно натыкались на женщину с двумя собаками – таксой и йорком.
Такса захлёбывалась от возмущения – враг на её территории. Лаяла, пока мы не удалялись из вида. Йорк поддакивал.
Правда, на свободу их не отпускали, но концерт и без неё получался знатный. Кейси в долгу не оставалась. Естественно, мы с женщиной старались обойти друг друга стороной и провожали недобрым взглядом.
Однажды не уследили.
