Давно ходила молва, что глубоко под землей поселился гигантский полоз. Простолюдинки предупреждали дочерей не ходить по лесным дорожкам в одиночку, не вслушиваться в шелест травы под ногами в садах - неизвестно, что скрывается под зеленым природным ковром. Аристократы делали вид, что не верят в глупые сказки. Легенды о змеином повелителе ходили по графству не первое столетие, а откуда пошли они, не помнил уже никто. И даже суровые священники не смогли избавить жителей от суеверий.
У живых всегда были правила: нельзя слушать музыку, звучащую из чащи, чтобы не попасть под фейское колдовство и не провести вечность в чертогах фейри. Нельзя спиливать старые деревья, чтобы не обидеть духов, нашедших в них свой приют. От плача на болотах нужно бежать, пока не добежишь до дома. Нельзя называть незнакомцу своего настоящего имени.
И нельзя звать в ночи чужаков - на твой зов придут змеи. Хелуна звала. Служанки клялись друг другу и божились - звала и просила забрать её прочь из опостылевшего дома.
Люди шептались - Хелуну видели, бродящей в одной ночной рубашке в саду, она с кем-то шепталась, но под её ногами только трава шевелилась. Слуги сплетничали, что хозяйская дочь ускользает из спальни после полуночи и прозвали её ведьмой, но дальше их спален слова о ведовстве не дошли: никому не хотелось оказаться на улице.
Мария, служанка хозяйки дома, видела Хелуну в саду в объятиях мужчины. Луна серебрила его светлые волосы. Мария моргнула - и видение пропало, только хозяйская дочка осталась в ночной тиши, и белая ночная сорочка среди осенних темных деревьев выдавала её присутствие.
Потом Хелуна исчезла, и ни следа её не нашли в те дни, хотя с собаками обыскали весь город и ближайшие леса. Градоначальник назначил вознаграждение: кто отыщет его дочь, получит её в жены. Следопыты да охотники бросились на поиски, но всех ждала неудача. Девушка исчезла, и только платок её, которым она покрывала волосы, был найден в лесу после двух месяцев неудачных поисков.
Люди шептались - её забрал змеиный король. Люди шептались, что он увидел её в саду, пока она бродила в одиночестве, читая книгу, и полюбил так сильно, что явился перед ней в своем человеческом облике, и лишь по глазам его можно было узнать. Люди шептались, что Хелуна не испугалась его узких темных зрачков и золотой радужки, а поцелуи змея были слаще лесных ягод и горше полыни. Он околдовал её, окутал туманом осенних сумерек, увел за собой.
Господа поученее считали, что девушка сошла с ума, и родители сами извели её, чтобы не страдать от позора: юродивая в семье – наказание и проклятье Божье. Находились и те, кто считал, что Хелуна, желая вкусить свободы, просто сбежала с каким-нибудь заезжим артистом. Или градоначальник запер её в дальних комнатах, и все поиски были простой ложью.
Может, и так. Да только Кати, дочь мельника, однажды собирала ягоды в лесу, и видела змеиную королеву. В короне из пылающих красным кленовых листьев, в зеленом струящемся платье, сидела она на берегу реки и пела, а из чащи к ней вышел юноша, в светлых волосах которого запуталось октябрьское солнце. Кати узнала Хелуну, а молодой человек был ей не знаком, но в нем было что-то змеиное, как и в ней теперь. И он любил её там, на пожухлой траве, а, когда в один миг он поднял голову, его глаза отсвечивали золотым. Кати наблюдала за ними, пока не заметила, что к её ногам подполз небольшой полоз.
Змеи заберут с собой и мельникову дочку, если вы не запрете её, не утаите, не спрячете. Попомните моё слово.
========== Ведьма в алом плаще ==========
Принц просыпался в поту на сбитых простынях уже которую ночь. Принц бледнел и худел, и лекари не знали, могут ли помочь ему и спасти его жизнь. Священники молились за его душу, которую, как они считали, хотел прибрать Дьавол. Королева-мать сидела у его постели, вытирая испарину с его лба, и молилась Господу, чтобы он исцелил её мальчика, младшего принца без надежд на престол, зато самого родного и близкого. Рожденного не от короля, но от любимого мужчины, которого больше не было на свете.
Принц не мог поведать матери своих снов — как только он пытался, его язык будто связывало невидимыми путами. Лекари разводили руками, священники шептали о ведьминских чарах. Запылали костры, в небо возносились крики невинных молодых (и не очень молодых) женщин, однако принцу не становилось лучше.
Каждую ночь во сне являлась ему богиня, в глазах которых он видел кровавые отблески древности. Она уводила его с собой, и любила его на траве, пока тени — её вечные слуги — танцевали в свете огненных отблесков. В крови принца полыхало пламя, и сама кровь его становилась огнем. Королева-мать теряла сына, даже не догадываясь об этом.
Однажды у порога замка появилась странница в алом плаще. Стражники скрестили перед ней алебарды, но она взмахнула рукой, и они беспрекословно открыли ей путь. Она шла по коридорам замка, а слуги и придворные расступались перед ней. Никем не остановленная, она вошла в покои принца, и королева поднялась на ноги.
— Кто вы?
