Подойдя, Линк обнял ее со спины. Джиллиан прислонилась к нему и подумала, что, возможно, именно здесь, с ним, у нее получится найти то, что она искала всю жизнь.
Джиллиан лежала в гамаке на веранде, обнимая уставшую и обгоревшую на солнце Грейс, и смотрела на предзакатное небо. Дочка отлично провела с отцом весь день – к сожалению, программа развлечений не предусматривала использование крема от загара. Грейси устала и теперь капризничала, жалуясь на покрасневшую кожу: успокаивающий лосьон, который нанесла Джиллиан, пока не помогал.
– Ну почему папа не может переночевать у нас?
– Не расстраивайся, моя хорошая. Мы уже не муж и жена, поэтому он теперь будет жить отдельно. Но мы оба тебя по-прежнему очень сильно любим. – Джиллиан наклонилась и поцеловала дочку в горячий лоб. – К тому же папа сказал, что придет к завтраку, так что ты даже не успеешь соскучиться.
Грейси надула губки.
– Нет, успею! Я буду скучать по нему всю ночь! – Почему-то ее вовсе не смущал тот факт, что «всю ночь» она обычно крепко спит.
И тут Джиллиан вспомнила про бабочку.
– Кстати, Констанс сегодня вылупилась.
– Сегодня? Правда? Где она? – встрепенулась Грейс.
– Наверху – банка стоит у меня в спальне на комоде.
Девочка спрыгнула с маминых коленей.
– Мне надо срочно на нее посмотреть! – Она забежала в дом и понеслась наверх, топоча сандаликами по деревянным ступенькам.
Джиллиан встала, чтобы завести остановившуюся люльку Форда, посмотрела на дом напротив. Вокруг стояла тишина – у рабочих был выходной. Крышу восстановили, дом сиял свежими досками, словно феникс, возродившийся из песка.
Форд вздрогнул от резко хлопнувшей двери – на веранду вбежала Грейс со стеклянной банкой в руках. Она остановилась перед Джиллиан, протянула ей банку и сказала дрожащим голосом:
– Бабочка не может полностью раскрыть крылышки, потому что банка слишком тесная!
Джиллиан присела на корточки и взяла банку в руки.
– Что же нам делать, как думаешь?
Грейс прищурилась.
– Мы должны ее выпустить.
– Думаю, ты права.
Они решили выпустить бабочку у ручья, и Джиллиан стала вытаскивать Форда из колыбели, отправив Грейс за слингом.
Джиллиан ждала на веранде, покачивая малыша на руках и глядя на пляж внизу, где легкий ветерок колыхал белые соцветия юкки и лохматые кустики солероса. А чуть дальше, у раскрытой пасти обвалившейся дюны, неподвижно стояла одинокая фигурка Джейни Маллиган.
На животе у Джейни, как обычно, болталась в слинге Малышка: ветер трепал всклокоченные желтые волосы куклы. Даже на приличном расстоянии Джиллиан видела, что Джейни шевелит губами и кивает, как будто говорит с невидимым собеседником. Через некоторое время она повернулась и медленно пошла к морю, ссутулившись, опустив голову и увязая ногами в песке.
Что-то знакомое сквозило в ее походке, в сутулой фигурке и в манере выворачивать стопы наружу. Почему-то Джиллиан никак не могла вспомнить, кого ей напоминает Джейни. И почему она раньше не замечала этого сходства?
Грейс стремительно выбежала на веранду, как всегда хлопнув дверью, и отдала матери слинг.
– А вдруг Констанс не догадается, что делать, когда мы откроем банку?
Джиллиан сидела с младенцем на коленях, перекинув концы слинга через голову и закрепляя их на талии. Она немного подумала, прежде чем ответить.
– По-моему, все божьи создания рождаются с определенным набором умений. Например, животные и насекомые – как Констанс – знают, как добывать пропитание, находить убежище или даже летать. Это знание передается из поколения в поколение, от родителей к детям. Благодаря врожденным способностям, все детеныши вырастают и сами становятся родителями.
Грейс задумчиво посмотрела на братика.
– А у людей тоже так? Ведь Форд пока умеет только пачкать подгузники и пить молоко.
Джиллиан улыбнулась.
– Ну, не только.
Она старалась прогнать воспоминания о собственном печальном детстве, которое состояло из неудовлетворенных желаний и заточения в темных кладовках. Но у нее всегда – всегда! – была надежда. Возможно, Бог не зря дал ей способность надеяться – и чудесную бабушку, которая помогла ее сохранить. Теперь, глядя на лица своих детей, Джиллиан наконец поняла значение этого дара.
– Я думаю, все дети от рождения верят, что родители о них позаботятся – утешат, когда они плачут, накормят, когда они голодны. Детки всегда знают, что в итоге все будет хорошо – правда, иногда не скоро.
Вспомнились бабушкины слова:
Джиллиан посмотрела на виднеющуюся вдалеке фигуру Джейни Маллиган; с какой беззаветной материнской любовью она заботится о своих цветах и тряпичной кукле!
Закрепив слинг, Джиллиан повернулась к Грейси.
