— Профессор! — раздалось за спиной. — Профессор, все в порядке! Это просто декорация такая.
— Декорация!?
В нескольких шагах от Четвертого постамента[51] прямо на каменных плитах стоял роскошный полукруглый диван, на котором рядком сидели Поттер, Макмиллан и Эджкомб. Троица радостно улыбалась, Макмиллан — шире всех.
— Обстановка по сценарию, мэм. Нам нужно нечто общеизвестное и совершенно нереальное — Мариэтта говорит, Дамблдор весь министерский архив на уши поднял в поисках той оружейной выставки, что висела у нас на стене в прошлый раз.
— Общеизвестное и нереальное…
Минерва огляделась по сторонам. Светило солнце, дул теплый ветерок, журчала вода в фонтанах, вокруг неспешно прогуливались толпы маглов, с прилегающих улиц доносился шум большого города. Невдалеке за бордюром остановился автобус, из него высыпали туристы. На лавочке возле постамента толстяк в ковбойской шляпе и миниатюрная китаянка крошили булки голубям. Декорация…
— Сто баллов Хафлпаффу, мистер Макмиллан. И если вы попытаетесь сдать трансфигурацию и чары на что-либо, кроме «превосходно», я самолично потребую переэкзаменовки.
Очнулась Нарцисса от жуткой вони, источник которой находился у нее под самым носом. Пытаясь отстраниться, она уперлась затылком в мягкую спинку кресла и открыла глаза. Прямо над ней нависал невозмутимый Северус Снейп со склянкой в руке, рядом обеспокоенно хмурился Люциус. Кроме них в гостиной обнаружились Командор и слегка виноватый Драко — слава Мерлину, один. Может, остальные ей просто померещились? Если так, то… Ма-атерь Божия, какой кошмар — свалиться в обморок на глазах четверых мужчин, на глазах Люциуса! В каком теперь состоянии ее волосы? А платье, Святые Угодники! Выпускной наряд, втиснуться в который удалось лишь с помощью двух эльфиек-горничных и заклинания Корсета. Как бы по швам не разошелся. Устроила мужу сюрприз… Впрочем, побег с места происшествия только ухудшит дело. Остается сделать хорошую мину при плохой игре — поздороваться, извиниться, с достоинством выйти и бежать к ближайшему зеркалу.
— Добрая ночь, господа, — Нарцисса светски улыбнулась и осторожно закинула ногу на ногу, прислушиваясь, не трещит ли туго натянутая на ребрах ткань. — Прошу прощения, я искала мужа, а эльф не предупредил о гостях. Рада тебя видеть, Северус, — кивнула на склянку, — что у тебя там за мерзость?
— Эта мерзость, леди Малфой, называется «нашатырь». — Зельевар закупорил пузырек, сунул его в карман и вдруг быстро наклонился к самому уху Нарциссы. — Тебе придется к нему привыкать, если собираешься и дальше пользовать утягивающие заклинания.
— Северус, — Люциус грозно прищурился, — тебе не кажется, что флиртовать с моей женой у меня на глазах — плохая идея?
— Упаси Мерлин, я не самоубийца. Всего лишь совет профессионала.
— Хорош совет! — веселые искорки в глазах мужа противоречили его серьезному тону. — Ты что-то шепчешь ей на ушко, после чего она мило краснеет. Как, по-твоему, я должен реагировать?
— Возможно, стоит для начала предложить леди Малфой зеркало, — неожиданно вмешался Командор, — это как раз та вещь, в которой она сейчас нуждается больше всего.
Странный человечек прошагал мимо озадаченных мужчин, сотворил прямо из воздуха зеркальце в костяной оправе и вручил его хозяйке дома. Она машинально взглянула на подарок. Отражение поправило чуть съехавшее набок колье, разгладило пальцами нити бриллиантовых каскадов и одними губами шепнуло: «Все в порядке». Подозрение Нарциссы превратилось в уверенность.
— Благодарю,
Судя по почти настоящей улыбке, интонацию обращения гость уловил и понял. Или правильнее сказать, поняла.
— Ну что вы, миледи, это самое малое, чем я могу компенсировать вам испуг.
Все-таки не показалось.
— Но… зачем?
— Чтобы защита Малфой-мэнора не поубивала наших людей, пока они будут ее перестраивать. Мы тут как раз собрались обсудить детали.
— Я мешаю?
— Ни в коем разе. Не так ли, милорд?
От взгляда Люциуса Нарциссу бросило в жар, по спине промчался табун мурашек, сознание слегка затуманилось, и едва удалось сдержать готовое сорваться с губ «Милые гости, а не пошли бы вы погулять». Святая Дева, двадцать пять лет прожить в браке с холодным амбициозным дельцом, помесью банковского счета с родословной — и на пятом десятке вдруг обнаружить за ледяной скорлупой океан нерастраченной нежности. Благословенна будь Серая Лига с ее зельем…
— У меня нет секретов от супруги, господа. Давайте присядем. Вина?
— Ну наконец-то! — Северус уселся в ближайшее кресло с таким видом, будто планировал провести в нем по крайней мере месяц. — Ты не представляешь, как я скучал по содержимому твоих погребов.
