— Видите, мистер Петтигрю? Это испуг животного, даже мое заклятие над ним не властно. Вообразите же, каково будет нашей Венере, когда я превращу тот шумный шкаф в большое зеркало и начну медленно, по кусочку, отбирать у нее красоту…
Рядом всхлипнули. Гарри снова обернулся то ли утешить, то ли извиниться но Питер смотрел мимо, да так, будто мантикору увидел. Инстинктивно выхватив палочку, Гарри принял боевую стойку… и невольно отшатнулся. Мерлин всемогущий…
Лицо Вероники Ди Кьеза перестало сиять божественной красотой. Теперь оно было страшным. Идеальные черты почти осязаемо излучали лютую, безграничную, совершенно осознанную ненависть ненависть женщины к сыну, посмевшему выбрать не ее. Вот оно откуда… теперь все ясно. А ведь Луна заметила неладное, когда отправляла его во Вьетнам! Но я не стал заморачиваться, потому что некогда… и потому что это Петтигрю. Неуд тебе, Командорчик, от дедушки Дамблдора, уж он-то бы точно не пропустил.
— Оно не всегда так было! — вдруг начал оправдываться Питер. — Раньше я ей нравился! Пока не растолстел…
— Ну и что?
— Тот… кто меня ей сделал, был толстым.
— Отец?
— Какой он отец… Я рос худышкой, она меня баловала игрушки, костюмчики, гулять ходили каждый день, рисовать учила, хотела, чтобы стал визажистом. А потом меня разнесло на шестом курсе. Домой приехал и… все.
— К колдомедику ребенка сводить не судьба? У тебя ж щитовидка!
— Какое там, она даже взглянуть на меня брезговала… Смотри, сейчас я сломаюсь.
Жуткого выплеска Вероники на кухне никто не заметил: Питер тупо гонял палочкой по столу полную рюмку, Волдеморт украшал затейливой вязью раму огромного зеркала. Воздух разве что не искрил от напряжения.
— У вас крепкие нервы, мистер Петтигрю, кто бы мог подумать. Мне вас описывали как размазню.
— Ошибались.
— Судя по всему, да. — Закончив узор эффектным завитком, Риддл медленно повел палочкой в сторону жертвы. — Начнем, пожалуй, с прелестного носика.
Вероника отчаянно замычала.
— Увы, дорогая моя сеньорита, ваш сын в полной мере одарен и гриффиндорской отвагой, и гриффиндорским упрямством, на алтарь которого сейчас падет ваше несравненное личико. Поверьте, мне искренне жаль. Все, что я хочу это возможность навестить одного из его друзей…
Рюмка опрокинулась и покатилась, вычерчивая на скатерти мокрый липкий полумесяц.
— Остановитесь! Я согласен.
— Не знаю, почему так сказал, не знаю! — почти зарыдал настоящий Питер. — Я не хотел! Собирался ее убить и сам умереть достойно! Но она же моя мама! Мама!!!
Лицо Вероники снова цвело безмятежной красотой, только Гарри уже не хотелось ее нарисовать. Великанша Фридвульфа и та наверняка была симпатичнее.
— Она покончила с собой вскоре после… Ордена Мерлина. Все решили из-за меня, а на самом деле, думаю, ее просто бросил очередной мужчина. Они все время ее бросали. Я старался следить, но… четырежды Мунго и один раз магловская психиатричка… оттуда еле вытащили, Джеймс помог… — Питер немигающе смотрел, как Вероника растирает тряпкой по скатерти сладкую лужу. — Красота это проклятье, Поттер. Мама, сколько помню, была несчастна. Сейчас бы Авада и все, никакого греха, никаких мучений, а я… не знаю, почему согласился.
Зато я знаю. Бедный ты, бедный…
Питер-из-воспоминания молча отобрал у матери тряпку и заклинанием привел стол в порядок.
— Вас туда отвести? — не глядя на гостя, буркнул он.
— Никогда не пытайтесь лгать Темному Лорду, мистер Петтигрю, мне не хуже вас известно, что в Годриковой Лощине Поттеров сейчас нет. Мы подождем, пока они вернутся, а меж тем посмотрим, чем еще вы можете быть мне полезны. Что такое Орден Феникса?
Питер застонал.
— Ну же, какой смысл теперь упрямиться? Я хочу знать…
— Тайная организация, созданная для борьбы с вами и вашими последователями.
— Вот видите, совсем не трудно. Ничего нового я, конечно, не услышал, но в будущем услышу непременно, не так ли? — Волдеморт встал. — Прежде чем я уйду… Сеньорита, насколько понимаю, вы храните палочку вашей матери? Вас не затруднит ее принести?
— Что еще… — едва слышно прошептал Питер, и Риддл снова улыбнулся, напомнив Гарри любимые компьютерные игры Большого Дэ.
— Небольшая предосторожность, только и всего. Мы же не хотим, чтобы старикашка Дамблдор узнал наш маленький секрет?
Вероника вернулась и протянула ему черный бархатный футляр.
— Прекрасно, сеньорита, возьмите ее сами. Для столь простой церемонии ваших скудных способностей должно хватить. Прошу, мистер Петтигрю.
Питер покорно брякнулся на колени и вытянул вперед руку.
— Другую, будьте добры, вы ведь левша. — Волдеморт наколдовал подушечку, встал напротив Питера и обхватил длинными бледными пальцами его вялую ладонь. — Начнем. Клянешься ли ты, Питер Петтигрю, докладывать мне все, что узнаешь о замыслах Дамблдора?
— Кклянусь…
Обрядовое рукопожатие опутала огненная лента. Вероника с огромным удивлением посмотрела на палочку в своей руке.
— Клянешься ли привести меня в дом Джеймса Поттера, когда на то будет моя воля?
— Кля… кляну-усь…
Будь ты проклят, Том Риддл.
— Клянешься ли служить мне, покуда не умрешь?
