1. Барбам Тондере (barbam tondere, лат.) — брить бороду.
Драко растянулся поверх покрывала и уронил лицо на согнутый локоть. Рефлексы требовали немедленного подъема и отправки в ванную комнату, но он уже привычно послал их к Модреду. Уснуть сегодня все равно не выйдет, нафига шевелиться? Раздеваться, лезть в душ, потом долго умащивать кожу притираниями, натягивать пижаму… ну его. Лучше полежим и подумаем, как бы нам с минимальными потерями встроить новые обстоятельства в общую систему мироздания. Так. Для начала трезво обмозгуем ситуэйшн, без нервов, без резких телодвижений, без желания немедленно куда-нибудь пойти и кого-нибудь пришибить. Все уже случилось, ЭТО данность, ее ни изменить, ни проигнорировать… блин… и почему, спрашивается, мне так фигово?
«Малфой».
Вот же гады!
— Слушайте, у вас совесть есть? Если я ушел, значит, общаться не хочу, неужели не ясно? Оставьте меня в покое хотя б до утра!
«Извини. Все почему-то решили, что я — единственная, кого ты не выгонишь. Пойду расскажу им, какие они придурки».
— Ханна! — уловив в ментальном шепоте знакомые ноты, Драко подскочил и завертел головой. Темно же, где эта чертова палочка? —
«С ума сошел — орать? Всех змей перебудишь!»
— У меня полог под заглушкой. Всегда.
«Интересно, зачем?»
Зря Люмос засветил, щеки наверняка аж малиновые.
— Эббот, ты вообще… мало ли, чем мне тут понадобится… блин…
«О! Прости, пожалуйста, я и не думала… сама не знаю, что несу…»
— Стоп! Вот только хорового лепета нам тут и не хватало. — Драко выпутался из мантии, расправил плечи и сел, прислонившись спиной к стене. — Леди Ханна, прошу вас взглянуть на дело беспристрастно. Наследник Малфоев, красавец и умница, капитан слизеринской сборной, староста и просто мировой парень сидит ночью в полной экипировке на своей кровати и курлычет дуэтом с бесплотным голосом. Каково ваше заключение?
Невидимая Ханна хихикнула.
«Учитывая, что означенный голос обретается исключительно в голове упомянутого мирового парня, можно смело открывать тотализатор на всебританском забеге колдомедиков…»
— …принимать один к ста на Риту Скитер и обеспечить даже праправнуков до конца их жизни. Эббот, вылезай.
Покрывало в ногах кровати зашевелилось. Маленький серый комочек вскарабкался на край постели и скромно сел в уголке.
— Надо же, снова мышка! А что, крысы вышли из моды?
«Крыс нам сегодня за глаза. Ты пропустил шикарнейшее представление в гостиной Снейпа».
Драко помрачнел и неожиданно для себя пожаловался:
— Вряд ли оно переплюнуло вечернее шоу в Малфой-мэноре.
«Представляю. Кого ждешь, братика или сестренку?»
Догадливые… впрочем, Ханне можно. Ей все можно.
— Не знаю пока. — Он покосился на гостью. — Слушай, ты не могла бы… Я как-то не привык обсуждать семейные проблемы с мышами.
«А с хафлпаффцами?»
— Готов попробовать, если они — это ты в натуральном виде. Эббот, пожалуйста. Мне честно не по себе.
«Ладно, только отвернись».
Он послушно зажмурился. Рядом зашуршало, матрац медленно прогнулся под растущей тяжестью, и сразу нахлынула волна того щекотного, одуряющего счастья, какое непременно испытываешь в присутствии любимого человека. Драко блаженно улыбнулся. Ах, леди Ханна, мечта моя упрямая…
— Все уже, можешь смотреть.
Он медленно разлепил веки. Мечта Упрямая сидела рядышком, облокотившись о стену и подтянув к груди плотно завернутые в мантию колени. Драко забыл улыбаться и нервно взъерошил шевелюру. Нет, все-таки Грейнджер заслуживает миллиона баллов, а учебники по этикету — большого бумажного аутодафе, ибо ни одна из этих книжонок не подскажет правильной реакции на такой вот выверт судьбы: любимая девушка сидит на кровати аристократа в дцатом поколении, а аристократ понятия не имеет, что ему говорить и делать дальше. Слава Мерлину, хоть у девушки есть идеи.
