— Пирамиду твою неуловимую, «Мать всех чертей» и их же бабушку! — радостно сообщила я. — КомандуЙ капитану! Поворачиваем!
В комнате для совещаний собрались все. Работа кипела. Джамаль пялился на экран. Я время от времени крутила кинжал, после чего Джамаль отдавал в переговорное устройство команду на корректировку курса. А в ответ из рации доносились все более витиеватые «военно-морские» обороты. Могу понять — пару минут назад отказал GPRS, а магнитный компас показывал что угодно, только не магнитное склонение. Гирокомпасы же, которые не должны зависеть ни от чего, дружно показывали в разные стороны.
Крис с Акиро колдовали с боковыми мониторами, пытаясь совместить данные течений, ветра и термодиффузии. А также пытаясь вычислить, как именно работает помеха для GPS-приемника. Кажется, что-то начало получаться. Данные на мониторе стали меняться. Маршрут яхты уже не представлял собой прямые линии. Они начали искривляться и изгибаться, достигая некоторой границы. И дальше шли в обход области, в которую мы сейчас направлялись. Ну, наверное, направлялись. Потому, что теперь мы могли только догадываться, куда движемся и где стороны света. Из приоров работал только измеритель скорости, а направление — очень своеобразный «компас» из кинжала.
Вдруг интерком разразился совсем уже неприличным набором слов. Из которых цензурными были только «по курсу» и «туман». Оторвавшись от созерцания стола (на который уже несколько часов пялилась почти неотрывно), взглянула в огромное панорамное окно… и обалдела. На нас надвигалась совершенно белая стена густого молочного тумана. А голос из рации надрывался, рассказывая про сбои компасов, отказ GPS, какую-то чушь, которую показывают гидролокаторы и радары. И еще про падение барометра. Сперва я не поняла, при чем тут упавший со стены прибор, ведь качки-то нет? Потом дошло — речь о падении давления. К нам приближается шторм. Или шквал? В общем, опять какие-то военно-морские термины. Которые означают одно — неприятности.
На палубе зазвенели звонки, забегали матросы, что-то закрепляя и затягивая. Вдруг началась качка — яхта начала пониматься на гребни высотой чуть ли не больше себя, а потом скатываться по противоположной стенке. А ведь высота яхты, вспомнила я с ужасом, составляет не меньше 3–4 этажного дома! Валы росли по мере приближения к туманной стене, которая становилась все гуще и тверже на вид. И скоро после спуска нос уже зарывался в воду, и я с замиранием сердца ждала, что мы вот-вот утонем… но начинался новый затяжной подъем.
А потом мы буквально врезались в стену тумана, которая вблизи казалась прочной и ровной. И все заволокло белым мороком. Завала сирена. Наверное, так положено при движении в тумане, но ощущение жутковатое. Джамаль опомнился первым, и ткнул пальцем в нашу импровизированную карту. Я крутанула кинжал, и Джамаль проорал в микрофон корректировку влево. На что в ответ раздался уже чистый мат, без добавления смягчающих суффиксов. Оказывается, капитан сносно владеет не только английским, но и русским командным. Или это универсальный язык для таких ситуаций? Но кинжал вернулся на прямую, проведенную для ориентации на нос корабля.
А за тем раздался дикий вой и грохот. И в огромное французское окно (которое в этой рубке заменяло иллюминатор) ударила волна белой пены.
— Всем держаться! Стекло выдержит! — орал Джамаль. — Натали, следить за направлением! Акиро, закрепить колесики на кресле, а то вылетишь в дверь! Крис, брось клавиатуру и держись за поручень! Мы почти на месте! Я это чувствую!
Кроме качки вперед-назад нас начало болтать из стороны в сторону. Наверное, это называется «килевая» и «бортовая» качка, не мне было не до лингвистики. Вцепившись обеими руками в край стола, я заворожено смотрела на кинжал. Пока все не привязанные предметы летали по залу, он как прочно застрял находился в центре столика. Изредка отклоняясь вправо и влево.
И вдруг качка прекратилась. Совсем. А кортик вздрогнул и начал медленно вращаться по часовой стрелке.
— Стоп машина! — заорала я. — Приехали! Мы на месте!
Туман исчез. За огромным окном сияло ласковое солнышко. Горизонт был чист. Во все стороны. Как будто не было никогда никакого шторма.
— Так бывает, — неуверенно произнес Акиро, поднимаясь с пола и оглядываясь кругом. — Я где-то читал, что в это время года шквалы налетают моментально и так же внезапно прекращаются…
— Ага. Просто на этот раз совпало, что шквал налетел, когда мы приближались к вашей Пирамиде.
— Капитан, стоп машина. Промерьте глубину и бросьте якорь. Определите координаты, — бросил в микрофон Джамаль.
— Уже стоим, машины сдохли, — донесся в ответ флегматичный голос. — Глубина 154 метра. Якорь отдали. Где находимся? Посреди моря. Спутник не ловит, северных полюсов по компасам три на выбор. Выйдут звезды — определимся точнее. Надеюсь, мы все на той же планете. А сейчас прошу меня не отвлекать, у нас аврал.
— Тонем?
— Пока нет. Помпы справляются. Отбой.
— Ну, куда-то мы прибыли, — с ухмылкой заключил Крис
