— Мне не нужен тот, который ближе., мне нужен самый дорогой.
— Самый дорогой? — Альтов пожал плечами. — Так и я не знаю какой самый дорогой.
— А ты, Андрюша? — обратился к Подберезскому Борис, — ты же покупаешь всякую дребедень для своих девиц.
— Знаешь, Борис Иванович, в «антикварах» я не покупаю. Слишком уж это дорого. Хотя, вообще, могу подсказать — спонсор программы Караулова. Ведь телевизор смотришь?
— Смотрю иногда, — пробурчал Комбат.
— Так вот, в отеле «Метрополь» самый дорогой в Москве антикварный магазин.
— Тогда поехали. Он же входит в наш маршрут?
Автомобиль тронулся, резко разогнался и уже через пару секунд мчался по московским улицам, пугая прохожих грозным видом.
— Мощный движок, как у танка.
Антикварный магазин в отеле «Метрополь» действительно был полон. Чего только там не оказалось! У Комбата даже глаза разбежались. Подобного богатства он не видел никогда в жизни. Даже в музеях все это выглядело попроще, ведь в музее каждая вещь лежит отдельно.
А здесь — все вместе, рядом, плотненько друг к дружке, как солдаты в строю. И к тому же при желании можно пощупать.
На Рублева и его людей посмотрели довольно странно. Но спорить и задавать вопросы не стали. Только через несколько минут появился мужчина с седыми бакенбардами при строгом галстуке.
— Господа что-то хотели? — он сразу же обратился к Комбату, прекрасно понимая, что именно этот мужчина главный и именно он — хозяин жизни, а значит, ему можно попытаться что-нибудь вдуть.
Комбат брезгливо поморщился, посмотрел на ряды полок, словно не зная, на чем остановить выбор. Наконец его взгляд остановился на бронзовой скульптуре — обнаженной девице с кувшином на плече, весившей никак не меньше двух пудов.
— Это что такое? — вытащив из кармана сотовый телефон. Комбат ткнул антенной в пуп бронзовой девушки.
— О, это очень дорогая скульптура! Это середина восемнадцатого века, качественное литье!
— Какое к черту литье! — буркнул Комбат. — Литье или чеканка — меня не интересует.
— А что вас интересует? — осведомился седовласый распорядитель.
— Меня интересует сколько бабок она стоит.
— Это разговор отдельный, — сказал распорядитель, пряча улыбку в щеточки седых расчесанных усов.
— Так сколько она стоит? Ты мне ответишь или нет, только конкретно? Ты меня понял? И в баксах.
— У нас все можно купить за доллары, — шепотом, немного извиняющимся тоном произнес седовласый мужчина.
— Ладно, сколько? Короче, а то рассказываешь сказки про какое-то литье! Меня это абсолютно не интересует, я решил свой домик украсить. Чтобы в каждом углу по скульптуре стояло, я у одного.., видел… Неплохо смотрится. Проводку подведу, а в руки фонарь пристрою позолоченный. Захочу вечером пройтись по дому, щелк — фонарь горит. И девку голую видно. В общем, класс.
А можно сделать, чтобы из кувшина лилось, а? — Комбат начал внагляк косить под дурака.
— Конечно можно! В наше время все можно.
— А что б шампанское из кувшина лилось?
— Шампанское из кувшина? Можно и коньяк, какая разница, в принципе? Я могу посоветовать вам хорошего мастера. Он реставратор и по таким вещам большой специалист.
— Я же еще не беру. Сейчас узнаю, — Комбат открыл крышку телефона, пощелкал клавишами, затем выругался. — Снова факс подключили, ублюдки! Как хозяин уедет, ерундой заниматься начинают. — Так сколько эта баба стоит? Я у своего друга на письменном столе видел одну классную вещицу тоже бронзовое литье. Начищена, горит, как кошачьи яйца — охотник на коне и целая стая борзых. И все из бронзы, как настоящие! Полстола занимает. Он, дурак, под нее баксы сует.
В общем-то поднять ее тяжеловато будет, хотя я на спор поднял одной рукой, — и не успел распорядитель ойкнуть, как Комбат ухватил за бедра бронзовую скульптуру, легко оторвал ее от постамента. — Ты говоришь, два пуда?
— Я вообще ничего не говорил, — покраснев и запыхавшись, распорядитель принялся суетиться и помогать водрузить скульптуру на место.
— Ну ладно, меня эта бронзовая баба не интересует.
Часы у вас хорошие есть?
— Какие вас интересуют?
— Что б не хуже этих, — и Комбат показал на свой золотой хронометр.
Распорядитель магазина сразу же оценил вещь на запястье Рублева. Так же он оценил и запястье вместе с кулаком.
«Странный мужик, — подумал распорядитель. — Никогда раньше его не видел. На бандита не похож, да и на „нового русского“ не очень смахивает. В общем, странный тип, но при бабках, видно. Если у него два таких лося в охране, значит, он и сам крутой».
— Вы знаете, господин, таких часов у нас нет. Но я вам могу предложить швейцарские.
— А у меня, по-твоему, какие, не швейцарские, что ли?
— У вас швейцарские. Но у вас современный дизайн, в общем, модные часы. А это совсем старые — Бежу, начало века; Еще есть Павел Буре — золоченая луковица.
— Какая к черту луковица? Мне нужны часы от пола до потолка. И бить должны так, как на Спасской башне. Ты меня понял? Мелодию модную!
— Какую мелодию?
— Ну, «Вставай, страна огромная» или еще что-нибудь в таком роде.
— Есть у нас часы. Пойдемте, пойдемте, покажу.
Только они играют «Венский вальс».
